В "Контексте" чего-то┘

Курильщик с Китай-города – часть скульптурного проекта Александра Повзнера.
Фото Елены Фазлиуллиной (НГ-фото)

Проект ГТГ называется «Контекст» и, как утверждается, рассматривает проблему интеграции молодого искусства в традиционный художественный музей (собственно, в контекст музея).

На Крымском Валу, согласно заявленной концепции и данному пространству, появились работы, задающиеся вопросом существования сегодня традиционной станковой картины (выпускники Суриковки объединили их под общим названием «Картина. Хорошо забытое старое»). Кроме того, проект «Аккумуляция», в черных «коммунальных» лабиринтах собравший выбросы информационного поля (вроде намалеванной вывески «Евросеть»), ассоциации между старым и актуальным искусством, сопровождаемые письменными размышлениями авторов. Наконец, инсталляция «Колодцы» о соотношении столичной и региональной художественной жизни. А также скульптура и мультимедиа.

Собственно, все это распылилось по фойе четырех этажей здания и вылилось во внутренний двор. Но как-то именно распылилось, а не ассимилировалось. Музейное пространство оказалось для привезенных проектов то ли не вполне готовым, то ли просто не очень гостеприимным. Что-то почти вовсе скрылось из виду за огромными лестницами – молодец, кто заметил. Еще одна попытка интеграции в здание музея – инсталляция группы ARTFOR «Столпы русского авангарда», посвященная конструктивизму, супрематизму и абстракции – Татлину, Малевичу и Кандинскому. Столбы обклеены рисунками на тему. В одном месте декорация обрывается где-то на середине: искусство закончилось, началась музейная плитка.

О судьбе картины сегодня, пожалуй, наиболее убедительно прозвучала работа Евгении Титеневой по мотивам матиссовского «Танца» – с парящим в невесомости космонавтом, вписавшимся в хоровод парящих же в цветной фовистской безвоздушности фигур. Эпохи пересеклись с понятиями. Еще – серия монохромных пейзажей Павла Полянского. Почти фотореалистического вида и с «изъятыми», скрытыми кусками этой реальности на каждом. При этом последняя в серии работа – просто черное поле: реальность исчезает не частично, а тотально. Серия Тимофея Смирнова, цитирующего классическую живопись (от иконы, от Фра Анджелико до Репина), представляет старое искусство в современном контексте нарочито некачественно воспроизведенным и конвейерным по смыслу (прием сопоставления повторен «немножко слишком много» раз). А кроме того, это не так чтобы очень ново – Константин Звездочетов давно уже переиграл классику, например, в случае с васнецовской «Аленушкой». Наконец, чашечки кофе, тыквы и трубы Юрия Григоряна, апеллирующие к самой что ни на есть традиционной картине с вибрацией света и цвета – в серийном исполнении сегодня превращаются в дизайнерский продукт, очень зависимый от того помещения, в котором ему предстоит существовать. Такая вот картина дел в живописи...

Особняком разместилась инсталляция «Колодцы» (авторы – Иван Плющ и Константин Новиков из Санкт-Петербурга, Сергей Сапожников и Альберт Погорелкин из Ростова-на-Дону). Во внутреннем дворе – маленький колодец с прикрепленными к нему замками иссохшими лодками. Они существуют отдельно, и на данный момент, похоже, это диагноз: емкость с живительной влагой слишком мала для каждой из них┘ Художники констатируют положение дел на арт-сцене и на арт-рынке, когда Москва отделена от регионов непроходимой стеной. Здесь же – фотография дома-колодца с мрачной метафорической отсылкой к Достоевскому. Особняком стоит и видеопроект «Апатия» Мартина Анагносту (Греция) с бесконечно движущимся эскалатором людей в метро и неподвижной проекцией с изображением инвалида – красноречивое социальное высказывание.

Однако в целом хор представленных работ кажется довольно разноголосым для того, чтобы искать для него какой-то единый контекст. На открытии во внутреннем дворике играла живая музыка, переманившая большую часть посетителей именно туда. Видно, в контексте всего остального она оказалась самой привлекательной.