Дарья Курдюкова Этот проект предполагает каталогизацию произведений несколько подзабытого сегодня художника (а некогда члена объединений «Маковец», «4 искусства» и АХР), а также ряд выставок. Первая называется «Константин Истомин (1887–1942). Живопись, графика 1910–1930-х годов». Истоминские работы в войну сохранил, а затем некоторые из них отреставрировал его ученик Леонид Казенин (1897–1965). С его архивом сейчас и работает «Ковчег».
Самое известное произведение Константина Истомина – «Вузовки» 1933 года из собрания Третьяковки. Две девушки за столом. Вид из большого окна. Свет контражур. На выставке этой работы нет, но есть стоящий будто у того же окна в начале тех же 30-х флейтист – и девушка. Зеленоватые, охристые, серые пятна формируют атмосферу – строго, молчаливо, но точно. Истомин, побывавший в студии увлекавшегося барбизонской школой Шрейдера, а затем в мюнхенской школе Холлоши, – был прекрасным колористом.
Художник этот – отнюдь не мастер одной работы. В «Ковчеге» показывают всего несколько картин, но зато широко представленная графика предлагает целый спектр тем и манер. Портрет матери с лицом и узловатыми пальцами а la Ван Гог, крестьянки за своими будничными заботами, добытые из бумаги вангоговским же нервным «кудрявым» штрихом – это одно направление. Оно, вероятнее всего, восходит к впечатлению от искусства Ван Гога, полученному на виденной художником в Мюнхене выставке 1907–1908 годов. Другое – вода. Речной или морской вид – это часто лишь отделяющая небо от воды тонкая полоска. Несколько однообразные, но очень легко написанные этюды. Натурщица Лидия-Лида-Лидочка – развалившаяся на кровати или опирающаяся на спинку стула брюнетка с красными губами – еще один повод для пластических поисков. Линейный почти до колкости серый карандашный рисунок металлургического завода напоминает мрачный Петербург Добужинского. «Общество в парке» обращается к истории искусства от Ватто до Ренуара – Истомин, кстати, получил и искусствоведческое образование в МГУ на одном курсе с Владимиром Фаворским. Но вообще-то темы все очень простые – кто-то задумчиво стягивает халат, кто-то стоит на балконе, кто-то мчит на велосипеде, от которого всего-то и осталось, что два колеса.
Выставка хорошо показывает, как Истомин брал обычные, порой даже однообразные мотивы (скажем, человек у окна, в кресле, у стола), чтобы вытянуть из них необходимую «достоверность» (в смысле художественной экспрессии). «Достоверность» рисунка (когда позы становятся адекватной заменой мимике) и цвета (искрящийся зимний пейзаж – это когда тени на снегу «бликуют» голубым, бордовым и розовым). А еще он любил пускать своих персонажей по диагоналям лестниц и улиц, смело расчерчивающих пространство.
Отдельный штрих – сопоставление разного. Немного странно видеть под одной витриной иллюстрацию к «Помпее» и к «Гражданской войне в СССР», обе – начала 30-х. Фотографию его маменьки в шляпке с цветами, а потом самого Истомина в красноармейской форме┘
