Дарья Курдюкова В Государственном центре современного искусства открылся проект Summa Summarum. Сумма сумм – это объединившиеся в сочинении на тему «Что такое коллаж?» все искусства, от изобразительного до театра и кино, от литературы до музыки. В коллективном сочинительстве – работы Гриши Брускина, Ильи Кабакова, Олега Кулика, Владимира Мартынова, Льва Рубинштейна, Дмитрия Крымова, Кирилла Серебренникова и много кого еще. Были опасения, что большой коллаж из разных видов и жанров будет не путным, но запутанным. Однако все оказалось совсем не так.
В XIII веке доминиканец Фома Аквинский сделал из своей «Суммы теологии» образец схоластической мысли. В одном из самых известных богословских трактатов Средневековья говорилось обо всем, что должно понадобиться добропорядочному верующему. В начале 1910-х кубисты Жорж Брак и Пабло Пикассо создали первые коллажи, положив начало новой технике и новому мышлению. Название проекта ГЦСИ тоже могло бы стать заглавием увесистого фолианта: предъявлена сумма всего и вся в современном искусстве, только речь тут о частном поводе, о коллаже. Правда, из художественной техники прямо на глазах он разрастается до способа смотреть на мир.
За развитием техническим можно наблюдать от традиционных бумажных коллажей Алексея Крученых, от самого элементарного, живописно воспроизведенного Рixel’а Ирины Тёмушкиной до сложносочиненного из разного хлама арт-мобиля Натальи Турновой. Это одна грань. Другая, с уклоном в мировоззренческие размышления, бесхитростно (тирадами о сверхскоростях современного информационного общества давно никого не удивить) показана в видео Марины Черниковой Urban Serfing III/Noise. Ведя слежку за уличной повседневностью, видеокартинка задыхается и спотыкается, фрагменты пойманной (ан нет!) жизни накладываются друг на друга, пуская по экрану шумы. В инсталляции Владимира Тарасова жизнь конкретизируется до расстрела, осыпавшегося на площадь пустыми гильзами, написавшими страшное «Новочеркасск».
Однако все оказывается гораздо любопытнее, когда речь заходит о коллажном мышлении. Ему-то и посвящена основная часть экспозиции. Первенство тут за концептуалистами, наловчившимися делать виртуозные коллажи из разных сегментов реальности. Лев Рубинштейн раскладывает пасьянс своей «карточной» поэзии со строчками-репликами. «Азбучные истины» Гриши Брускина притворно-иронично путаются в собственной правдивости, превратившейся в веселый бред. Картинки-плакаты из пособий по ОБЖ и фразы из учебников по русскому для иностранцев. Но ведь и у Дмитрия Крымова его спектакли-зарисовки (представленные фотографиями и видеофрагментом), спектакли, часто будто состоящие из отдельных номеров, из которых волшебно проступает целая картинка, – они тоже про коллажное мышление. Его актеры – одновременно художники. Каждый человек-коллаж.
А почему бы не смастерить коллаж из истории искусства? Вячеслав Колейчук «хирургическим» маневром, парой надрезов и вставок, заставляет улыбаться Джоконду. Ростислав Лебедев ищет новый образ в перспективе «Будущих летчиков» Дейнеки. Их взгляды по-прежнему устремлены в небо, но там, в небесной перспективе светлого будущего, Лебедев сделал «редакторскую» вставку из поп-арта Роя Лихтенштейна. Тони Мателли с оглядкой на диковинные натюрморты-портреты Арчимбольдо соорудил фотодиптих «Мясные головы». В его второй части на монструозного вида колбасы слетаются мухи, и зрителя начинает воротить. Наконец, апофеоз – видеопроект Павла Лабазова, заставивший параллельно, в одном времени, но на разных экранах крутиться ролики Марселя Дюшана и Ман Рэя, Йозефа Бойса и Энди Уорхола, Билла Виолы и видео одной из постановок Пины Бауш┘
Выставка тоже сделана как коллаж. Ее элементы вдруг заговаривают друг с другом, не только выявляя мастерски продуманную композицию, но и образуя новые переклички. Против родченковской обложки для журнала «ЛЕФ» оказались созданные уже в 2000-х Виком Мюнисом фотоколлажи по мотивам работ этого фотографа-конструктивиста. Там и Лиля Брик, и разговаривающий с фининспектором о поэзии Маяковский спроецированы на рассыпанные элементы puzzle.
Говоря откровенно, проект с зашкаливающим количеством участников и с витиеватым, наукообразным названием пугал тем, что выльется в неразбериху. Однако он оказался на удивление цельным. Несмотря на коллажность. А может, как раз благодаря этому коллажному принципу.
