Григорий Заславский
Смешное везде, даже где его нет. Валерий Караваев в спектакле «Комедия».
Фото с сайта театра «Практика»
Театр «Практика» бьет числом. Не успели еще зрители и критики освоить и разобраться со своими впечатлениями от премьеры Жоэля Помра «Пиноккио», как на голову им сваливается следующая, мимо которой тоже никак пройти нельзя. Иван Вырыпаев новую свою пьесу, «Комедия», сам и поставил, заняв двух актеров – Инну Сухорецкую и Валерия Караваева.
Собственно говоря, можно сказать, что и двоим тут особо не развернуться, роль, если говорить серьезно, тут одна-единственная – роль рассказчика. Когда на сцене двое, он и она, такие веселые, такие раскованные, сменяя друг друга, они рассказывают анекдоты. Один рассказывает, другая пока отдыхает, после чего – меняются «ролями».
«Комедия», как утверждает автор, он же – режиссер, – попытка разобраться с нашими сегодняшними представлениями о смешном и с самим смешным, что нас смешит сегодня. Ах, нас смешат сегодня разные глупости, ерунда всякая, ну так и получите порцию «несмешных анекдотов». Но при этом на сцене – на заднике – из каких-то белых и красных пупырышков выложено слово «comedy», это значит, что будет смешно, значит, надо смеяться. И хотя первые 50 минут актеры (и автор), никого не обманывая, рассказывают несмешные анекдоты, а затем, после первой порции аплодисментов – так сказать, на бис или – как сказать правильнее – в виде бонуса, – еще несколько совсем уж неанекдотических, то есть совершенно обыкновенных историй, в зале смеются. Про молодого человека и девушку, про пенсионеров, кажется, про кого-то еще – что-то вроде начала сказок или вроде сказочных финалов, одинаково «среднестатистических» и неинформативных. Но публика и тут смеется. Смеются все (не хочется делать вид, что обозреватель «НГ» сидел с насупленной физиономией и строго судил соседей).
Так что, можно сказать, эксперимент Вырыпаева – его эксперимент не в жанре (ведь все несмешные анекдоты сочинил он сам), а над зрителем – проходит успешно, победой экспериментатора.
Кстати об анекдотах: в советском далеком прошлом детей и даже взрослых пугали рассказами, что где-то в США (вариант – в Турции) находится секретный центр, где адепты холодной войны, враги социализма сочиняют анекдоты про Василия Ивановича и Петьку. И – про Брежнева тоже. Вырыпаев рушит и этот, впрочем, давно забытый миф: если захотеть, можно и одному справиться. И один в поле воин.
Самое простое (и к этому более всего тянет по окончании этого чрезвычайно гуманного к зрителям спектакля, который и на час не задерживает) – сказать, что Вырыпаев дурит публику, смеется над нею. Несмешные анекдоты? Есть. «Глубинное изучение юмора, его сакрального смысла...»? Что-то не просматривается.
Что арт-директору театра «Практика» (в прошлом), автору «Кислорода» и «Июля» (навсегда) стало скучновато, тесно в прежних рамках и он (снова, не в первый раз, был и прежде у него опыт в подобном жанре – по стихам казахского или киргизского поэта, в театре «Школа современной пьесы») – да, дурит нашего брата.
Удалось ли разобраться Вырыпаеву с природой смешного – со всеми возможными вариациями «Камеди клаба» и прочих «комедий»? Девушка – обаятельная, молодой человек... Молодой человек оттеняет ее достоинства, она – чуть педалирует фриковские стороны своей натуры (речь – о сценическом ее персонаже), он – нет. Рассказывают анекдоты: «Умирает Папа Римский Бенедикт XVI, попадает в Рай, а Рай – весь мусульманский...», «Приехал муж из командировки...». Кажется, в первом из этих двух концовки и вовсе нет, ее заглушают, в других – концовка имеется, что никак не изменяет несмешного их содержания.
А с другой стороны: публика получает свое удовольствие, то есть не чувствует себя обманутой. Ее не грузили. Ей и было-то легко, а стало – еще легче...
Стремился ли к этой цели автор и режиссер? – хочется ответить вопросом на вопрос.
Как в старом анекдоте: «Вы не знаете, почему евреи отвечают вопросом на вопрос?» – «А почему бы и нет?»
Почему бы и нет?
