В принципе верны утверждения российских и ряда западных СМИ, что вводимые и планируемые экономические санкции против России могут рикошетом ударить и по инициаторам таких решений. Но все, однако, зависит от выбора направления главного санкционного удара и уровня экономических отношений между Россией и другими государствами, которые могут оказаться затронутыми подобными санкциями. В этом плане выбор американцами в качестве основной цели для санкций российского экспорта углеводородов затрагивает, несомненно, самую болевую точку российской экономики.
Так, недавно в этой связи британская Independent цитировала эксперта Майкла Кучинского из Пембрукского колледжа. Он утверждал, что российская экономика невелика по размеру, она несбалансирована и неэффективна. Деиндустриализация привела к тому, что производство составляет лишь 15% всей экономической деятельности, а экспорт практически полностью состоит из сырья. Почти 60% экспорта сырья приходится на энергоносители, а спрос на них в мире падает из-за избыточного накопления. В этом плане предложение президента США Барака Обамы поставлять Европе столько сжиженного газа (СПГ), сколько ей необходимо, чтобы избавиться от российской газовой иглы, заслуживает внимания.
Российские СМИ в своем контрпропагандистском азарте делают упор на временной и ценовой факторы. Несомненно, что для налаживания экспорта американского СПГ нужно время. Во-первых, надо построить терминалы по сжижению газа на восточном побережье, поскольку до сих пор американцы ориентировались на сбыт своего СПГ в Азию, где цены повыше европейских. Во-вторых, надо соорудить соответствующие терминалы по разжижению в Европе, не говоря уже о создании способного перевозить газ танкерного флота. На это, по самым скромным подсчетам, может уйти от двух до пяти лет, не говоря уже о миллиардных инвестициях. С другой стороны, Брюссель в своем Третьем энергетическом пакете фактически делает ставку на создание сугубо коммерческого рынка газа и продажу его на соответствующих площадках – «хабах». Но на коммерческом рынке американский СПГ явно неконкурентоспособен с российским трубопроводным газом. Поэтому у Обамы, чтобы заставить Европу отказаться от российского газа и пересесть на американскую газовую иглу, имеется всего два варианта: или дотировать как американских производителей сланцевого газа (другого в США для экспорта просто нет), так и его транспортировку до берегов Старого Света, или заставить европейцев в договорном порядке взять на себя обязательство покупать только американский, пусть и более дорогой, газ.
Конечно, в историческом разрезе такое бывало. Достаточно вспомнить послевоенную программу помощи Европе, выдвинутую в 1947 году госсекретарем США Джорджем Маршаллом и получившую поэтому его имя. Эта программа оказалась весьма выгодной и для американской промышленности и содействовала ее подъему. Если европейцы будут готовы дотировать производство американского сланцевого газа, то «сланцевая революция», которой некоторые эксперты предсказывают завершение в обозримом будущем, может продолжиться. Но если этого и не произойдет, то одна лишь угроза таких поставок может негативно повлиять на планы российских компаний, и прежде всего «Газпрома», по инвестированию в дорогостоящие проекты типа «Южного потока». И тогда на первый план выйдут другие варианты – от реанимации украинской газотранспортной транзитной системы до реализации азербайджанско-туркменских обходных трубопроводов. В любом случае стратегически США окажутся в гораздо более выгодном положении, чем сегодня.
Ольга Соловьева 
Дарья Гармоненко