Андрей Скробот
Сотрудники спецслужб не исключают, что и этот взрыв на Каширском шоссе могли организовать исламские экстремисты.
Фото Артема Чернова (НГ-фото)
Практически одновременное совершение нескольких терактов в Москве и захват школы в Северной Осетии наглядно свидетельствует о том, что в России действует разветвленная террористическая сеть. На днях появились сообщения о том, что в ряде регионов страны усилены меры безопасности, на особый режим работы переведены органы внутренних дел и спецслужбы. Что это за регионы – не разглашается, тем не менее некоторые эксперты предполагают, что речь идет о крупных промышленных центрах и о республиках, где большая часть населения – мусульмане.
Впервые о возможном существовании в России целой сети экстремистских религиозных организаций, которую могут использовать в своих интересах террористы, заговорили в середине 90-х. С тех пор, по словам источника «НГ» в спецслужбах, ситуация не только не улучшилась, но скорее ухудшилась: «После запрещения деятельности 15 террористических организаций в России их сторонники ушли в подполье, и это в полной мере использовали в своих интересах организаторы терактов. Сегодня мы уверенно можем говорить о том, что экстремистская сеть охватывает как минимум две трети страны и может быть в любой момент приведена в полную боевую готовность. Тогда нам останется ждать, что удар может быть нанесен одновременно в большинстве крупных городов страны».
С самых высоких трибун не раз говорилось о том, что истоки российского терроризма стоит искать в исламском мире. «Когда говорится о международных террористических организациях, подразумевается как минимум две вещи: эти организации действуют на территории различных государств и объектами их деятельности являются граждане разных государств, а не только тех, где они возникли, – рассказал корреспонденту «НГ» президент Института религии и политики Александр Игнатенко. – Так сложилось, что практически все экстремистско-террористические группировки, в названиях которых есть слова «ислам», «исламский» или имеются какие-то «исламские» коннотации, являются международными».
В феврале 2003 года Верховный суд России квалифицировал как террористические 15 организаций. По словам специалистов в области ислама, на тот момент в нашей стране действовали некоторые из них, например, «Аль-Каида», «Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи» («Общество социальных реформ» – Кувейт), «Джамият Ихья ат-Турас аль-Ислами» («Общество возрождения исламского наследия» – Кувейт), «Аль-Харамейя» («Дом двух святынь» – Саудовская Аравия), «Высший военный маджлисуль шура Объединенных сил моджахедов Кавказа» (Россия–Чечня). «Принято думать, что если организация международная, то это значит, что в ней состоят одни иностранцы. И когда говорят «Аль-Каида» – воображают Усаму бен Ладена в горах Северного Кавказа, – подчеркнул Игнатенко. – На самом же деле и «Аль-Каида», и все организации международного терроризма имеют некое ядро, и чаще всего это граждане или подданные тех государств, где организация зародилась. Но в последующем организация рекрутирует в свои члены местных жителей. И «Аль-Каида» в России имеет в своих рядах саудовцев, алжирцев, марокканцев, египтян и других арабов, а также оваххабитившихся чеченцев, ингушей, русских. Между прочим, при возвращении на родину иностранные члены «Аль-Каиды» получают наименование «чеченцев». Много таких, как считают специалисты, например, в экстремистско-террористических группах в Марокко.
В настоящее время на территории нашей страны действуют несколько международных организаций, квалифицируемых как террористические. Это – группы, близкие к «Аль-Каиде», например «Рядус-Салихийн» в Чечне, «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами» («Партия исламского освобождения»). «Если кто-то думает, что это – национальные организации, чеченские или узбекские, он заблуждается, – говорит Игнатенко. – Это – арабские названия: «Сады праведников», то есть «Рай», который эмиссары и комиссары «Аль-Каиды» обещают «моджахедам» и «шахидам», второе название тоже арабское».
Между тем сведений о том, что в некоторых регионах России, исключая Чечню, имеются базы, на которых готовят террористов, у невоенных специалистов нет. Впрочем, необходимо одно уточнение. По мнению Александра Игнатенко, «подготовка террористов, например так называемых шахидов, многоэтапна и на разных этапах требует особых условий». Необходимым условием подготовки шахидов является «изъятие человека из привычного окружения, обрубание связей с родными местами и близкими людьми, своего рода похороны заживо». И если отбор и первичная идеологическая обработка могут осуществляться практически в любом населенном пункте, то уже дальнейшие этапы обязательно реализуются в скрытых, неподконтрольных российским властям местах. Есть факты, свидетельствующие о том, что так называемые шахиды проникали на территорию России из Панкисского ущелья Грузии, из Азербайджана.
На вопросы о финансировании действующих на территории России террористических организаций, специалисты указывают два основных источника. Внутренний – обложение «данью» коммерсантов или бизнесменов и внешний – деньги, поступающие из так называемых «благотворительных» фондов. К последним, по мнению Игнатенко, принадлежал фонд «Аль-Харамейн», деятельность которого запрещена не только в России, но и практически во всех странах мира. Тем не менее подобные фонды продолжают действовать. Например, в Азербайджане существует WAMY – «Всемирная ассоциация исламской молодежи», известная своими связями с «Аль-Каидой».
Есть ли способы справиться с терроризмом в отдельно взятой России? Вот какое мнение высказал президент Международной контртеррористической тренинговой ассоциации, доктор юридических наук Иосиф Линдер: «Есть одна аксиома: терроризм – это искусство. Чиновник с художником никогда не справится. Контртеррорист должен опережать оппонента не на шаг или два, а на несколько порядков. Антитеррористическая система США, принятая после 11 сентября, очень похожа на то, что было у нас в период 38-40 годов. С терроризмом хорошо борется тоталитарное или военное государство».
