В поисках сеябуса

Критик Владимир Гопман был гидом по мирам Наталии Лазаревой.
Фото автора

Формально вечер, прошедший в клубе ArteFAQ, назывался «презентация книги Наталии Лазаревой «Сеябус. Фантастические повести». На деле же разговор шел и о вышедшей не так давно ее первой книге – сборнике «Сон» (см. «НГ-EL» от 15.03.07). Обе книги входят в цикл, который автор называет «ПВП» – «Повести временных (ударение на последнем слоге) поверхностей».

На вечер пришли люди из самых разных сфер интеллектуальной деятельности: научные журналисты Геля Рузайкин и Владимир Митин, главный редактор русской версии компьютерного журнала CRN Элина Золотова, преподаватель русского языка Ольга Лушагина, биолог Елена Котляренко, литературные критики Дарья Маркова и Владимир Гопман, а также писатели-фантасты Виталий Бабенко, Борис Руденко и Ант Скаландис.

Разговор напоминал чем-то вариант дворового (или пляжного) волейбола, когда «в кружок» встают все, кто хочет играть. Говорили, увлеченно перебивая друг друга – и с тем же увлечением добавляя и развивая только что сказанное. Говорили о фантастических мирах, созданных Лазаревой, об их убедительности, обусловленной прежде всего тем, что писательница «заселяет» их живыми людьми, понятными и симпатичными читателю.

Особо выделяли своеобразие писательской манеры Лазаревой – она не стремится сделать текст простым и доступным, для нее важно, чтобы читатель вчитывался, становясь соавтором книги; вспоминали в этой связи Л.Толстого, «требовавшего», чтобы читатель был прежде всего «человеком понимающим». Отмечали стильность прозы Лазаревой, ее даже отчасти старомодную изысканность.

И, наконец, о сеябусе. Слово это, встречающееся в разных повестях Лазаревой, вызвало большой интерес. Однако ясности писательница в этот вопрос не внесла, отослав спрашивающих к сепульке из «Звездных дневников Ийона Тихого» Станислава Лема. Ведь, как известно, знаменитый польский фантаст так и не объяснил, что это такое, лукаво сказав, что сепулькой может быть что угодно. А потом Лазарева заявила, что слово это словно «постучалось» к ней – как и другие реалии цикла. Что ж, наверное, у женщины и должна быть загадка, а у женщины, пишущей фантастику, тем более.