От мая до мая

В клубе «Дача на Покровке» состоялась презентация книги «От мая до мая». В течение целого года читатели журнала «Большой город» следили за публичной перепиской между поэтом-концептуалистом, ведущим колонки на сайте «Грани. ру» Львом Рубинштейном и писателем Григорием Чхартишвили, больше известным под псевдонимом Борис Акунин. По словам бывшего главного редактора «БГ» Филиппа Дзядко, эти письма стали настоящим документом эпохи, наполненным воздухом времени, разговором о норме, о ее необходимости и ее отсутствии в государстве. И вот переписка собрана под одной обложкой, в переплете на пружине и с профессиональными фотоиллюстрациями реалий прошедшего года.

«Каждую новую сессию беседы начинал я, – поделился с собравшейся в клубе публикой Лев Рубинштейн. – Нам с Гришей было непонятно, как проводить презентацию совместной книги… Это такой of-line, post scriptum. В итоге мы не договорились о каких-то определенных темах, надеясь на то, что они, как всегда, возникнут у нас сами».

И действительно, в выбранном для мероприятия формате доверительно дружеского диалога темы сменяли одна другую: все происходящее напоминало эстафету речи, микрофон переходил из рук в руки, каждый из визави высказывался о наболевшем и актуальном.

Григорий Чхартишвили предложил поговорить об отказе Михаила Шишкина представлять Россию на книжной ярмарке в США. По его словам, больше всего в этой истории его поразила реакция «коллег по цеху», их претензии и упреки. Льва Рубинштейна же, напротив, подобная реакция не удивила, поскольку, по его мнению, здесь дело не в сути высказываний, ведь большая часть литераторов думает так, как и Михаил Шишкин. С подобной странной реакцией коллег он сам сталкивался лет 5–7 назад в Париже на одном международном литературном салоне. Тогда русские писатели отказали француженке в ее просьбе подписать бумагу с требованием считать процесс над экс-сотрудником ЮКОСа Алексеем Пичугиным политическим. «Масса кисло среагировала, – заметил Лев Семенович. – И это не было страхом».

Живое общение, завязавшееся в продолжение тем дружеской переписки, плавно перетекло к разговору о писателе как человеческой особи, о его дефектах и пороках, о разнице поэта и романиста. Однако литераторам не удалось «сосредоточиться на чем-то глубинном, постоянном, вневременном». «Навязчивая злободневность» на этот раз приняла облик члена Совета Общественной палаты РФ Павла Пожигайло, недавно выступившего с предложением исключить из школьной программы ряд произведений классической литературы.

На взгляд Льва Рубинштейна, литература не может негативно действовать на подрастающее поколение, и нельзя рассматривать «Анну Каренину» Льва Толстого как пропаганду адюльтера и суицида, а «Сказки» Салтыкова-Щедрина считать русофобскими. Сейчас в некоторых воздушных сферах рассеян абсурдный «запретительный восторг», и непонятно, есть ли у него предел распространения… Но, если верить прогнозам Григория Чхартишвили, это ненадолго.