Дмитрий Терешин На май приходится 75 лет со дня смерти Вадима Шершеневича, чье имя, гремевшее когда-то наравне с именами Маяковского и Есенина, затем надолго выпало из поля актуальной литературы. Только в 1990-х началось медленное открытие наследия Шершеневича. За последнее время увидели свет сразу три подряд первоиздания его крупных переводов из поэзии Франции: пьеса «Сид» Пьера Корнеля, поэма «Война богов» и «Эротические стихотворения» Эвариста Парни, «Цветы Зла» Шарля Бодлера. Презентация этого трехкнижия состоялась на днях в ЦДЛ.
Ведущий вечера, поэт Сергей Нещеретов назвал французскую литературу «законной супругой» Шершеневича-переводчика, на чьем счету переложения из Шекспира, Рильке, Маринетти и многих авторов. О поэзии и переводах Шершеневича пристрастно рассуждали поэты Михаил Синельников, Борис Романов, Герман Гецевич, редактор издательства «Водолей» (которое выпустило все названные книги) Владислав Резвый. Ораторы сошлись на том, что к работе над Парни Шершеневича подвигли вкусы любимого им Пушкина, а бескорыстный семилетний труд над великой лирической книгой Бодлера стал реализацией завета русских символистов, которые являлись для Шершеневича коллективным литературным отцом. Наибольшей насыщенностью фактами и наблюдениями отличалось выступление историка литературы Владимира Дроздкова, который инициировал выпуск данных книг, да и вообще совершил больше, чем кто-либо еще, в справедливом воздаянии разноплановым талантам Шершеневича, проявившимся также в литературной и театральной критике, стиховедении, прозе, драматургии.
Филолог-есениновед Максим Скороходов напомнил об истоках приверженности Шершеневича переводческому ремеслу: питомцы московской Поливановской гимназии, где он учился, проходили обязательный курс стихотворного перевода с классических языков. Суть титанической работы Шершеневича-переводчика Нещеретов обозначил как «борьбу за подлинник», в которой его союзником был, например, Георгий Шенгели и которая несла альтернативу переводческой «гладкописи и сладкописи» Маршака и Лозинского.
На вечере было сказано о том, что на повестке дня – издание других залежавшихся в архивах переводов Вадима Шершеневича, а также долгожданного собрания его оригинальной поэзии.
