0
7130

27.04.2022 20:30:00

За рекой, в тени деревьев

Любовь и смерть Эрнеста Хемингуэя

Геннадий Евграфов

Об авторе: Геннадий Рафаилович Гутман (псевдоним – Геннадий Евграфов) – литератор, один из редакторов альманаха «Весть».

Тэги: хемингуэй, париж, любовь, смерть, война, гертруда стайн, измены, свадьбы, гомосексуализм


хемингуэй, париж, любовь, смерть, война, гертруда стайн, измены, свадьбы, гомосексуализм Андриана Вучич Иванчич была последней любовью Хэмингуэя. Оба закончили самоубийством. Фото с сайта www.jfklibrary.org

Мне все равно, что такое мир. Все, что я хочу знать, – это как в нем жить, тем самым поймешь, каков он.

Эрнест Хемингуэй

… вы любили когда-нибудь в Париже? Не проститутку с площади Пляс Пигаль, не случайную знакомую, с которой перекинулся несколькими словами на Монпарнасе, а женщину, которая только-только стала вашей женой, и вы ощущаете себя богатым, как Крез, несмотря на то что в карманах гуляет ветер, потому что там не завалялось даже одного-единственного су. Но вы талантливы и честолюбивы и твердо верите, что скоро, совсем скоро завоюете не только Париж, но и весь мир.

Между страхом и одиночеством («Прощай, оружие!»)

В Париже Эрнест Хемингуэй был молод, неизвестен и по-настоящему счастлив. Здесь, в центре богемной жизни Старого и Нового Света, в маленьких кафе и литературных салонах, на вернисажах и в редакциях многочисленных газет и журналов можно было встретить Марка Шагала и Луиса Бунюэля, Гертруду Стайн и Джеймса Джойса, Пабло Пикассо и Илью Эренбурга. Здесь молодой писатель играл на скачках, увлекался боксом, встречался по вечерам с друзьями, а по утрам писал, сидя в кафе «Ротонда». И страстно любил свою жену Хэдли…

С начинающей пианисткой Хэдли Ричардсон, уроженкой Сен-Луиса, он встретился в Чикаго. Девушка только что потеряла мать и чувствовала себя безмерно одинокой. Высокая, стройная, рыжеволосая Хэдли, отличавшаяся спокойным, уравновешенным характером, была его первой женой, но не первой любовью. С первой возлюбленной, Агнесс Куровски, были связаны печальные воспоминания…

С миловидной американкой польского происхождения он познакомился в миланском госпитале, куда угодил с 227 осколками, застрявшими в теле после ранения на итало-австрийском фронте в 1918 году. Ему было всего лишь 19 лет, а она входила в 28-й год своей жизни. Обаятельная медсестра проводила дни у постели, а ночи в постели шофера санитарной машины 3-го отряда Красного Креста. Дни тянулись томительно, ночи проходили мгновенно… А когда Агнесс выскальзывала из-под одеяла, чтобы приободрить стонущего в соседней палате, затянутого в окровавленные бинты итальянца, он скрежетал зубами и ничего не мог поделать… Однажды он вырвал из нее признание, что когда эта безумная война закончится, она выйдет за него замуж… Но жизнь развела мужественного тенете (младший лейтенант) и его медсестру в разные стороны – ее перевели во Флоренцию, и ему ничего не оставалось, как засыпать свою первую любовь страстными записками, она отвечала, что ей одиноко и печально, что она ничего не забыла, и они обязательно будут вместе… Два часа, обнявшись, не в силах расцепить объятья, они просидели на грязном вокзале в Милане, когда Агнесс оказалась там проездом, прощание оказалось прощанием навсегда. Она осталась в Италии, он уехал в Америку. Она выйдет замуж за другого, он начнет писать прозу.

От сводящего с ума чувства он освободится, когда напишет «Очень короткий рассказ». Рассказ будет таким же коротким, как и их внезапно вспыхнувшая и так же быстро закончившаяся любовь. Через 10 лет, в 1929 году, уже будучи известным писателем, он напишет один из самых лучших своих романов «Прощай, оружие!», героине которого Кетрин Бакли придаст черты Агнесс Куровски.

Он расскажет о грязи и насилии – неизбежных спутниках войны; о страхе и одиночестве, неизбежно преследующих человека; и о чистой возвышенной любви, которая одна может противостоять этому аду. Герой романа тенете Генри, напоминающий самого Хемингуэя в молодости, говорит Кетрин: «Я знал многих женщин, но всегда оставался одиноким, бывая с ними, а это худшее одиночество. Но… мы никогда не ощущали одиночества и никогда не ощущали страха, когда были вместе».

Смерть ужасна, любовь пахнет лизолем («Иметь и не иметь»)

О чем бы ни писал Хемингуэй, две темы неизменно присутствуют в его творчестве – это любовь и смерть. Потому что, по его глубокому убеждению, только эти две основные категории должен исследовать настоящий писатель.

Он сам все время ходил по краю пропасти, как бы нарочно испытывая судьбу. Несколько раз был ранен, попадал в авиационные и автомобильные катастрофы, из которых чудом выходил живым, и все равно рисковал, не представляя свою жизнь без опасности. Всей своей жизнью и творчеством подтверждая, что настоящий мужчина должен быть мужественным, должен уметь охотиться и ловить рыбу, много пить и любить женщин. В Африке Хемингуэй охотится на львов и носорогов, в холодных речках Мичигана ловит форель. Он занимается боксом и посещает корриды. Он участвует в двух мировых войнах и одной гражданской, расколовшей надвое его любимую Испанию. И продолжает писать – о любви и смерти, изменчивых и многоликих, как мир.

Смерть в его рассказах и романах жестока и ужасна, как и сама жизнь, а любовь… любовь может обернуться грубой изнанкой и без того нерадостного существования, как в романе «Иметь или не иметь», когда одна из его героинь, уставшая от лжи и несправедливости, кричит своему мужу, заставшему ее в постели с другим: «Любовь – это просто гнусная ложь. Любовь – это пилюли эргоапола, потому что ты боялся иметь ребенка… Любовь – это гнусность абортов, на которые ты меня посылал. Любовь – это мои искромсанные внутренности. Это катетеры вперемежку со спринцеванием. Я знаю, что такое любовь. Любовь всегда висит в ванне за дверью. Она пахнет лизолем. К черту любовь». Но в то же время это чувство может быть нежным и светлым, таким, как любят другие герои этого же романа, несмотря на все тяготы жизни…

Сукин сын («Праздник, который всегда с тобой»)

В Париже он заинтересовался англичанкой Дафф Твидсен. Она пользовалась успехом и у мужчин, и у женщин… Беспробудна пила, была красива и бесшабашна. В Дафф было нечто такое, что неудержимо влекло к ней всех, кто ее знал. С каким-то неистовым удовольствием прожигала она свою жизнь, зачастую вела себя вызывающе и плевала на мнение окружающих. Связь Хемингуэя и Дафф оказалась короткой, но не банальной – за их странными на первый взгляд отношениями стояло нечто большее, но в какой-то момент оба сумели остановиться.

В 1922 году в жизни Хемингуэя появляется Полина Пфейфер, дочь богатого владельца одной из арканзасских компаний. Полина работала в журнале «Вог», издававшемся во французской столице. Всегда со вкусом одетая, словно сошедшая с глянцевой обложки этого модного журнала, очаровательная мадемуазель Пфейфер, умеющая поддержать светскую беседу, явно выигрывала на фоне консервативной Хэдли, вечно поглощенной заботами о семейном благополучии. О том, как все происходило, написал сам Хемингуэй в своем автобиографическом произведении «Праздник, который всегда с тобой»: «Молодая незамужняя женщина временно становится подругой молодой замужней женщины, приезжает погостить к мужу и жене, а потом незаметно, невинно и неумолимо делает все, чтобы женить мужа на себе… Все по-настоящему плохое начинается с самого невинного…Ты лжешь, и тебе это отвратительно, и каждый день грозит все большей и большей опасностью, но ты живешь лишь настоящим днем, как на войне».

15-12-2480.jpg
В парижских кафе прошли самые счастливые
годы писателя.  Анри Эвенепул. В кафе
д’Аркур в Париже. 1898. Штеделевский
художественный институт, Франкфурт
Увлечение Эрнеста тем временем перешло в страсть. Полине завидовали. Злые языки утверждали, что она специально приехала в Париж, чтобы найти себе достойного мужа. Но Хемингуэй не хотел разрыва с Хэдли. «Я сама шла на разрыв, – когда все уже отболело, вспоминала она. – Я не поспевала идти с ним в ногу. И к тому же я была на восемь лет старше. Я все время ощущала усталость, и думаю, что именно это и было главной причиной… Все развивалось медленно, и Эрнест переживал это трудно. Он относился ко всему очень глубоко».

Хемингуэй же в случившемся винил только себя. На вопрос одного из приятелей, почему он разводится, коротко отвечал: «Потому что я сукин сын». (Через много лет в откровенном разговоре с генералом Ланхемом он возложит на себя вину во всех своих разводах, кроме развода с Мартой Геллхорн.)

Вскоре Эрнест уезжает с Полиной в Америку. Через несколько лет в Нью-Йорке уже получивший признание писатель встречается с внешне благополучной четой Мейсонов. Между ними завязываются дружеские отношения. Хемингуэю, правда, больше по душе жена Гранта – Джейн, которой всего лишь 22 года. Так же, как и он, молодая, богатая, эксцентричная американка любит охоту и рыбную ловлю, занимается спортом и обладает артистической натурой. Много времени они проводят вместе, строят планы совместных путешествий. Брак с Полиной рушится на глазах. Тем более что он давно уже не был удовлетворен сексуальной жизнью с женой…

Но, несмотря ни на что, Полине удалось на этот раз не отдать его очаровательной великосветской львице. Она сумела удержать его, но семейная жизнь все равно не клеилась, а вскоре на горизонте появилась Марта Геллхорн, известная и влиятельная журналистка, автор двух книг, в которых явно угадывалось влияние Хемингуэя. Теперь Марта сопровождает его во всех поездках, и они не скрывают своих отношений. В 1940 году он официально порывает с Полиной Пфейфер, принесшей ему двух сыновей, и женится на Марте Геллхорн.

Но и этот брак не приносит Хемингуэю счастья – через непродолжительное время он дает трещину. Эмансипированная и независимая Марта чересчур самостоятельна в своих решениях и поступках. Он же предпочитает послушание и восхищение, чего не может дать ему женщина с независимым и самостоятельным характером. Он взбешен. Его начинают раздражать даже такие мелочи, как ее приверженность к гигиене. Разумеется, два таких человека не могли удержаться в одной лодке – разрыв был неизбежен. И они расстаются, весьма недовольные друг другом…

Тайный гомосексуал?.. («Мужчины без женщин»)

Вокруг Хемингуэя, особенно после того, как он завоевал мировую славу, всегда клубилось множество сплетен и слухов. Гертруда Стайн, считавшая его своим учеником, после того как он выработал свою оригинальную, ни на кого не похожую манеру письма и освободился от влияния писателей-современников, будучи сама лесбиянкой, долгое время пыталась убедить всех общих знакомых, что он тайный гомосексуал. У хозяйки известного модного литературного салона, в котором собирался весь цвет парижской богемы, не было никаких доказательств этому. Очевидно, она с присущей ей фантазией сделала такой вывод после разговора с Эрнестом, который как-то рассказывал ей, что однажды в госпитале в Милане с подобным предложением к нему обратился один старик. Вспоминая Стайн, Хемингуэй признавался: «Мне всегда хотелось переспать с ней, и она об этом знала» – но этого так и не произошло.

После выхода в свет романа «И восходит солнце» его автора многие стали отождествлять с главным героем Джейком Барнсом, получившим на войне тяжелое увечье, лишившее его способности физической любви. Чувства главных героев романа были взаимны, но счастье невозможно из-за травмы Джейка…

Хэдли, отвечая как-то на вопрос о взаимоотношениях своего мужа с женщинами, сказала: «…Случаи всякие бывали, но, в общем, это женщины были от него без ума».

Известному американскому писателю Торнтону Уайлдеру в одном из писем Хемингуэй написал, что в молодые годы мог заниматься любовью несколько раз в сутки. Другому адресату – что во время сафари переспал с целым гаремом африканских красавиц. Он сам, как и всякая незаурядная личность, творил миф о себе, где порой было трудно отличить вымысел от реальности.

Кстати, известно и высказывание острой на язык Геллхорн, что он, кроме умения писать, ничего больше не умел… В свою очередь, Хемингуэй назовет свой брак с Мартой самой большой из всех ошибок, которые он когда-либо совершил в жизни.

Критик Малькольм Коули так говорил о своем друге: «Он романтик по натуре, и он влюбляется подобно тому, как рушится огромная сосна, сокрушающая мелкий лес. Кроме того, в нем есть пуританская жилка, которая удерживает его от флирта за коктейлем. Когда он влюбляется, он хочет жениться и жить в браке, и конец брака он воспринимает как личное поражение».

Но, несмотря на все обиды и поражения, женщины в жизни Хемингуэя всегда оставались праздником, который всегда с тобой…

Дочка и Папа («За рекой в тени деревьев»)

За год до окончания Второй мировой войны 45-летний Хемингуэй знакомится в Лондоне с 36-летней журналисткой Мэри Уэлш и через год после окончания войны женится на ней. Мэри терпеливо несет бремя этой нелегкой любви, прекрасно понимая, что живет с необычным человеком. Она прощает ему многое, в том числе и непрекращавшиеся увлечения женщинами.

Мэри Уэлш была последней, четвертой женой Эрнеста Хемингуэя, но не последней его любовью. В Италии, в Кортино-де-Ампеццо, в орбиту притяжения стареющего знаменитого писателя попадает очаровательная 19-летняя итальянка югославского происхождения Андриана Иванчич. Хемингуэю шел 50-й год. Молодость и красота, художественная одаренность Андрианы (она рисовала и писала стихи) завораживали Эрнеста. Это были странные отношения. Хемингуэй испытывал к ней нежные, почти отеческие чувства. Он называл ее дочкой, она его, как и все близкое окружение, – Папой.

После смерти писателя Андриана признавалась, что сначала скучала рядом с этим пожилым, так много повидавшим и пережившим человеком, ей не всегда удавалось понять его. Но она чувствовала, что Эрнесту приятно их совместное времяпрепровождение, и доставляла Папе это невинное удовольствие. Андриана и не подозревала, что помогла Хемингуэю преодолеть творческий кризис и написать новый роман, героине которого он придал многие ее черты. В этой красивой и обворожительной южанке Хемингуэй вновь обрел источник вдохновения, которого ему так не хватало в последнее время.

Героиня нового произведения писателя «За рекой в тени деревьев» графиня Рената была списана с привлекательной итальянки. В графиню влюбляется разочаровавшийся в жизни полковник-американец Кентуэлл. Ему 50 лет, он многое, как и сам Хемингуэй, повидал и испытал на своем веку и ничего хорошего не ждет больше от будущего. Но неожиданно вспыхнувшая любовь преображает этого мужественного человека. В Ренате он находит то, что тщетно пытался найти в других женщинах – способность понимать и сострадать. Однако финал и этой вещи Хемингуэя трагичен – обретший, казалось, смысл существования в любви к молодой итальянской красавице графине, полковник умирает по дороге в Триест в мчащемся автомобиле от сердечного приступа…

Как всегда у Хемингуэя, любовь и смерть вышагивали рядом…

Последняя точка («По ком звонит колокол»)

«Не спрашивай, по ком звонит колокол, он звонит по тебе», – говорил в своих проповедях поэт, солдат, узник Флитской тюрьмы и настоятель лондонского собора Святого Павла Джон Донн. Эти слова были вынесены в эпиграф к роману «По ком звонит колокол». По героям романа колокол звенел в 1940 году. Для Хемингуэя прозвенел 2 июля 1961 года…

Его последние годы были омрачены накатывающимися волнами депрессии. Он был утомлен, часто раздражался по пустякам, у него появились признаки психического заболевания – мании преследования. Дело дошло до того, что пришлось лечь в клинику Майо в штате Миннесота. И даже пройти лечение электрошоком.

Он понимал, что духовные силы его истощены, что впереди маячит безумие, что…

Первую попытку самоубийства предотвратила верная Мэри Уэлш в апреле 1961 года. Развязка наступила через несколько месяцев. Как когда-то покончил с собой его отец, также страдавший от депрессии, Эрнест Хемингуэй застрелился из охотничьего ружья ранним летним утром в собственном доме. Собственной рукой поставив точку в конце своей жизни, которая была такой же трагической и яркой, как и все написанные им романы.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Грузинская оппозиция настаивает на введении виз для россиян

Грузинская оппозиция настаивает на введении виз для россиян

Юрий Рокс

В 14-ю годовщину военного конфликта с Россией в Тбилиси помянули погибших

0
838
Батальоны, умытые кровью

Батальоны, умытые кровью

Максим Кустов

Правда о сталинских штрафбатах и штрафротах

0
1798
Коммунистов оставили без поддержки телевизора

Коммунистов оставили без поддержки телевизора

Дарья Гармоненко

Достижения красных губернаторов оказываются за пределами внимания электората

0
2926
Бюджетное правило встало поперек новой экономики

Бюджетное правило встало поперек новой экономики

Ольга Соловьева

Минфину советуют пересмотреть свои принципы

0
3238

Другие новости