0
3637
Газета КАРТ-БЛАНШ Печатная версия

09.06.2020 20:13:00

Гонконг под ударами тройного кризиса

Почему у жителей автономии накопился протестный потенциал

Алексей Маслов

Об авторе: Алексей Александрович Маслов – и.о. директора Института Дальнего Востока РАН, эксперт клуба «Валдай».

Тэги: гонконг, кризис, протесты, коронавирус, экономика


гонконг, кризис, протесты, коронавирус, экономика Фото Roy Liu/Bloomberg via Getty Images

Гонконгский стресс стал вызовом для всей социально-политической системы и идеологии Китая, так как поставил под удар важнейшую концепцию «Одна страна – две системы», тщательно пропагандируемую Пекином и во многом нацеленную на «возвращение Тайваня в лоно родины». По сути, Гонконг оказался под ударами тройного кризиса: массовых и нарастающих протестов; вспышки коронавируса и связанного с ней сворачивания большой части экономической активности; расширения давления властей материкового Китая и попыток лишить Гонконг особых экономических прав со стороны США.

Волнения в Гонконге представляют собой часть очень большой системной проблемы, а именно несостыковку двух систем на отдельно взятом историческом этапе. Власти КНР разумно полагали, что произойдет постепенная конвергенция и Гонконг безболезненно, пускай и не быстро, сомкнется с остальной частью Китая, а сам переходный период должен не только устранить противоречия, но и сомкнуть финансовую и правовую системы. Оказалось, что самая сложная проблема в другом: в наличии глубоких социально-культурных разломов, которые оказались болезненнее, чем все остальные.

Проблема Гонконга сложна прежде всего потому, что в ее основе лежит совокупность отдельных вызовов, которые стали раскачивать всю систему.

Прежде всего это разлом в самоидентичности: подавляющее большинство жителей Гонконга считают себя именно «гонконгцами» или «китайцами Гонконга» и воспринимают себя как отдельную группу со своими традициями, языком (в основном это так называемый кантонский или юэсский диалект). Несмотря на экономическое сближение Гонконга и материкового Китая, разрыв в самовосприятии и в укладе жизни остается значительным.

Другой разлом – экономически-интеграционный, связанный с созданием Зоны большого залива (ЗБЗ), то есть макроэкономического региона, куда должны войти Гонконг, Макао и большая часть провинции Гуандун. В феврале 2019 года китайское правительство выпустило план экономического развития, который в ряде документов сокращенно именовался «План комплексной интеграции», что вызывало недовольство жителей Гонконга. Общая численность населения ЗБЗ составляет 71 млн человек, а его экономика оценивается в 1,6 трлн долл., что делает его 13-м по величине в мире регионом, если бы он был самостоятельной экономической единицей. На макроуровне решение о создании ЗБЗ вводит меры по содействию офшорному использованию юаня в Гонконге и Макао, одновременно усиливая ведущую роль Гонконга и Макао в качестве финансовых центров. Но в самом факте создания ЗБЗ ряд ведущих гонконгских бизнесменов усмотрели угрозу своей финансовой независимости и начали резко выступать против дальнейшей интеграции.

При этом план КНР вызвал у ряда жителей Гонконга недовольство, так как они видят в этом еще один шаг «глубокой» интеграции с материком в нарушение ранее достигнутых договоренностей – в прессе и блогах велась активная дискуссия по этому поводу. Однако уже к началу 2020 года ЗБЗ стала одним из важнейших финансовых центров Китая, прежде всего потому, что в эту область входят Гонконг и Шэньчжэнь с фондовой биржей и штаб-квартирами крупнейших мировых компаний в области высоких технологий.

Третий разлом – правовая интеграция, так как законодательные системы Гонконга и Макао предусматривают более обширные свободы, чем материкового Китая. Например, план развития ЗБЗ говорит о создании «международной и рыночно ориентированной бизнес-среды, основанной на верховенстве закона, в рамках юрисдикции и правовой базы материкового Китая». И это говорит о том, что сближение правовых систем идет по принципу приближения гонконгской достаточно либеральной правовой среды к системе материкового Китая, но никак не наоборот.

Представления о свободе самовыражения, о праве открыто критиковать власти, быть несогласным не просто с какими-то экономическими частностями, а с самой системой – все это оказалось неприемлемым для той модели, которую предлагает КНР и в рамки которой и стремились перевести Гонконг.

Четвертый разлом: множество мелких кризисов внутри самого Гонконга, в том числе заметный рост цен на недвижимость и постепенный уход государства из контроля над этой сферой; сложность получить квалифицированную работу для молодых выпускников вузов, введение в преподавание нормативного китайского языка «путунха» (mandarin) вместо или параллельно с кантонским и много другое.

Другим важным фактором стало то, что у жителей Гонконга уже накопился протестный потенциал за последние несколько лет: это «движение зонтиков», или Occupy Central (по названию района, где проходили основные волнения), которое развернулось во второй половине 2014-го, – тогда это было пассивное сопротивление с требованием отмены решения о селективном отборе кандидатов для выборов и предоставлении всеобщего избирательного права. Еще до этого, в 2003 году, правительство Гонконга внесло законопроект о национальной безопасности, по которому также предполагалось преследовать за призывы к сепаратизму. Но законопроект был отменен после того, как около полумиллиона гонконгцев вышли на улицы, чтобы выразить протест.

Экономика Гонконга в значительной степени зависит от удовлетворения глобальных потребностей в торговле и финансировании. В 2016 году именно сектор услуг обеспечил 93% ВВП. Опора Гонконга – это рынки финансовых и профессиональных услуг, на долю которых в 2018 году приходилось соответственно 19,7 и 12% ВВП, и почти весь 2019 год, несмотря на протесты, они держались на плаву: большой бизнес надеялся на скорое решение всех проблем. Но сейчас, после дополнительного стресса, связанного с коронавирусом, эти рынки начинают «схлопываться», а с ними уходят и инвесторы, и рабочие места.

В дополнение к этому на собственные гонконгские промышленные товары могут быть распространены торговые тарифы США. Но эффект будет минимальным, так как тарифы повлияют только на товары местного производства, экспортируемые в США, на долю которых приходится менее 2% производства Гонконга и менее 0,1% его общего экспорта. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Объединенная судостроительная корпорация перед лицом президента

Объединенная судостроительная корпорация перед лицом президента

Александр Иванин

Обещанное и воплощенное в деятельности предприятия

0
1736
Агония Российской империи растянулась на 100 лет

Агония Российской империи растянулась на 100 лет

Сергей Самарин

Война как двигатель прогресса

18
2469
Задачу по восстановлению экономики возложили на граждан

Задачу по восстановлению экономики возложили на граждан

Ольга Соловьева

Рост отечественного ВВП возможен только в случае увеличения доходов населения

0
1939
Россиянам не угнаться за ценами на машины

Россиянам не угнаться за ценами на машины

Анастасия Башкатова

Локдаун и обвал рубля ударили по рынку автопродаж

0
1256

Другие новости

Загрузка...