Ян Шенкман Пользователи «Живого Журнала» создают в интернете комьюнити и любят писателей сообща. Иногда эта любовь напоминает групповое изнасилование, иногда пленум политбюро. Новые сообщества появляются чуть ли не каждый день. Преданных поклонников находят в ЖЖ не только модные и актуальные авторы типа Пелевина или Сорокина. Есть свои фанаты у Достоевского и Есенина, Высоцкого и Цветаевой. У каждого сообщества – свой характер, мистическим образом совпадающий с аурой писателя, выбранного в кумиры. Одни развязны и циничны, другие возвышенны и заумны.
brodsky_ru. Здесь собираются люди серьезные, склонные воспринимать мировую культуру как единое целое. Но договариваются они порой до вещей странных, загадочных. Читаешь и удивляешься: «Рейн и Бродский делят между собой лавры своих ровесников Маккартни и Леннона. Если бы Запад был совком, а совок – Западом, то у нас были бы «Битлз», а у них – Рейн, Бродский, Бобышев и Найман».
Так и представляешь себе Иосифа Александровича с бас-гитарой наперевес, распевающего «Let it be» или «Rock-n-roll music» в окружении ленинградских поэтов. Кстати, картина не такая уж фантастическая, если учесть, что в нью-йоркском ресторане «Русский самовар» Бродский неоднократно брал микрофон и исполнял любимые песни. Среди них – битловские «Eleonor Rigby» и «Yellow submarine». Вот как звучит «Желтая подводная лодка» в переводе Бродского: «В нашем славном городке/ Жил один моряк седой./ Он сказал, что был в местах,/ Где живут все под водой./ И немедленно туда/ Мы поплыли за звездой,/ И в подводной лодке там/ Поселились под водой».
Простенько, зато раритет. Случаются вещи и более фантастические. Кто-то выложил в комьюнити Бродского старое черно-белое фото нобелевского лауреата в нацистской форме. Это не подделка и не глупая шутка. Когда-то, в шестидесятые, Бродский пытался заработать, снимаясь в киномассовках. Проходил фотопробы, гримировался, входил в образ преданного члена НСДАП. Посмотришь – вылитый Штирлиц.
Члены одного сообщества одновременно состоят и в других сообществах, что и отображается на их личной страничке в рубрике «Интересы». Среди интересов поклонников Бродского – буддизм, виски, «Брат-2», Коэльо, группа «Ночные снайперы»┘ Необычное сочетание.
dostoevschina. Фанаты Достоевского (их, кстати, стало заметно больше после экранизации «Идиота») любят задавать неожиданные вопросы в духе знаменитого «Тварь я дрожащая или право имею?». Оживленную дискуссию вызвал вопрос «убивал ли сам Достоевский?». Специалисты не дают однозначного ответа: вроде бы не убивал, но много чего себе напридумывал и сильно мучился совестью. А вот пользователи «Живого Журнала» далеки от сомнений: «Нет, не убивал. Достоевский был отличным парнем, а Бегбедер – козел». При чем здесь Бегбедер, не очень понятно, но, видимо, наболело. Спрашивают еще любопытствующие, читал ли Достоевский де Сада, а если не читал, почему он такой садист. Вообще вопросы в комьюнити сильно смахивают на те, которые задавали туристы Сергею Довлатову в Пушкинском заповеднике: «Умел ли Ленин плавать задом? Из-за чего была дуэль у Пушкина с Лермонтовым?» Они не требуют ответа и сами по себе являются произведением искусства.
Фанаты Достоевского в меру политизированы, текущие события они рассматривают с точки зрения того, что сказал бы о них Федор Михайлович в «Дневнике писателя». Между прочим, этот дневник и был своеобразным «Живым Журналом». Что написал бы Достоевский об убийстве таджикской девочки, спрашивают друг друга члены сообщества. Тема ведь самая что ни на есть достоевская. Что-нибудь про слезинку ребенка? Или о том, насколько важно сохранять национальное самосознание? Молчит, не дает ответа.
Сообщество собирает любые упоминания о Достоевском. Почитаешь, и кажется, что весь мир только и обсуждает Ф.М. А ведь так и есть. Даже у Хемингуэя нашли соответствующую цитату в «Празднике, который всегда с тобой»: «Я спросил, какого он мнения о Достоевском. – Говоря по правде, Хем, – сказал Эзра, – я не читал ни одного романа из этих русских». Пустячок, а приятно.
Среди интересов поклонников Достоевского – дзэн, суицид, Герман Гессе, русофобия┘ Типичный круг интересов «подпольного человека».
doncno. Полное название – «Клуб ненавистников Донцовой». Казалось бы, не любишь, так не пиши. Но ненависть – эмоция сильная, требует обнародования: «Я ненавижу Донцову всеми фибрами души. Пожалуй, только моя подруга Оксана ненавидит ее сильнее! Вы знаете, ей диктует какой-то голос! (шиза?) Нет, чтобы признать: «Да, я пишу дешевые тупые романчики? Ну и что? Они ведь хорошо продаются».
Далее следует разбор всех несуразиц, которые удалось выловить в донцовских книжках. Впрочем, тут собрались не столько ненавистники, сколько конкуренты Дарьи Донцовой. Дамы, которые тоже сочиняют иронические детективы и уверены, что могут делать это не хуже. День за днем они публикуют в комьюнити свою пародию на Донцову под названием «Петух с золотыми яйцами». О, какие перлы там попадаются! «Милиционер откровенно глазел, изучая все Галины округлости. «Точно, маньяк! А возможно, еще и некрофил», – подумала девушка». Действительно, золотые яйца...
Любопытно, что членом сообщества состоит юзер dontsova. Как вы думаете, та самая?
v_s_visotsky. Поклонники Владимира Семеновича не лишены мистицизма. Вот как, например, трактуют они песню, которую он исполнял: «Я женщин не бил до 17 лет –/ В 17 ударил впервые, –/ С тех пор на меня просто удержу нет:/ Направо – налево/ я им раздаю «чаевые»./ Но как же случилось, что интеллигент,/ Противник насилия в быте,/ Так низко упал я – и в этот момент,/ Ну если хотите,/ себя оскорбил мордобитьем?» Речь о революции 17-го года – в результате которой «кроме мордобития никаких чудес», хотя вклад в ее приближение внесли и противники насилия. «А было все так: я ей не изменил/ За три дня ни разу, признаться, –/ Да что говорить – я духи ей купил! –/ Французские, братцы, / За 34.17». 34=17+17. 17 – указание на год революции. А французские – потому что революция была проведена во многом по примеру французской. «И справа, и слева я ей основательно врезал» – разгром левых и правых оппозиций в 20–30-е годы. «С тех пор все шалавы боятся меня –/ И это мне больно, ей-богу!/ Поэтому я – не проходит и дня –/ Бью больно и долго, –/ но всех не побьешь – их ведь много». Машина сталинских репрессий не может ни остановиться, ни добиться своего. И, наконец: «Пусть мой профсоюз осуждает меня,/ Хотят, чтоб дошел я до морга./ Мне выговор дали, но как-то на днях/ Я больно и долго/ ударил по морде профорга». «Выговор» (Сталину) – это и двадцатый Съезд. А «я больно и долго ударил по морде профорга» – смещение «профорга» Хрущева.
Сильно, да? С таким же успехом можно было бы комментировать телефонную книгу и найти в ней зашифрованную историю двадцатого века. Поклонникам явно не хватает того, что уже прожито и написано. Их цель – создать апокриф, в котором не последнюю роль будут играть они сами. По этому принципу устроены все сообщества. Фанаты Кастанеды описывают свой мистический опыт, сообщества Есенина и Тютчева пестрят стихами и рисунками, напоминая дембельский альбом, поклонники Цветаевой увлеченно обсуждают самоубийства. Ремарк, Мураками, Акунин, Гумилев┘ Идет насыщенная подпольная жизнь. Большинство ее участников никогда не встречались и даже не знакомы. Может быть, это и к лучшему. Интернет для них – среда идеальная. Он как будто специально создан для тихого фанатения. Фанатеешь, но тихо, без пива и мордобоя.
