Юродивость русской философии

Одним из первых тип русского философа с юродивым отождествил Василий Зеньковский в своем знаменитом двухтомнике. В религиозном феномене юродства на Руси он опознал зачатки русского философствования: «Юродство есть выражение того, что в сочетании божественного и человеческого, небесного и земного не должно никогда склонять небесное перед земным. Пусть божественное остается невыразимым, но только не должно быть ни ханжества, ни упоения поэзией мира с забвением невместимой в нашу жизнь небесной красоты. Это не платонизм, а утверждение иерархического принципа, то есть подчинения земного небесному».

Русская философия, отсутствовавшая вплоть до петровских времен, была представлена юродивыми как выразителями отнюдь не экзистенциальной истерии, а, наоборот, высшей трезвости, которой всегда тесно в пределах одного земного начала. Метафора юродства, перенесенная на философию, придает последней откровенно религиозный характер, поскольку ставит вопрос не о монотеистическом Боге мировых религий, а о Боге философов – Бытии. Впрочем, множественное понимание божественного, позволяющее говорить о разных Богах, не останавливается на самом себе. Его продолжением становятся практики человекообожествления, в ходе которых смерть атеизма является первым, единственным и последним жертвоприношением для теургии, дарующей человечеству Бога по божественному образу и подобию.

Достаточно ли юродствовать, чтобы считаться русским философом? В чем отличие юродивого от юродствующего? Не являются ли русские философы больше юродствующими, передразнивающими «юродство о Христе», чем юродивыми? Существует ли юродивая философия? Что такое философия юродства? Можно ли назвать юродство прививкой мудрости философскому безумию XX века?..