Ольга Рычкова Не так давно по ТВ показывали цикл «Лихие девяностые». Да, время было то еще – бандитские разборки и приватизация, талоны на крупу и сахар, китайские босоножки и «жатые» юбки, в которые одевались все от Владивостока до Калининграда┘ Есть что вспомнить, в том числе и литераторам. Хотя большое видится на расстоянии, а что такое для истории 10–15 лет? Когда-нибудь, вполне возможно, увидит свет эпос о 90-х, достойный «Войны и мира» или «Тихого Дона». А пока наша литература лишь на подступах к глобальному художественному осмыслению того, что произошло тогда с родиной и с нами. Как там у Евтушенко: «О те, кто наше поколенье –/ Мы лишь ступень, а не порог,/ Мы лишь вступленье во вступленье,/ К прологу новому пролог┘»
Тем не менее «наброски» о 90-х годах встречаются сплошь и рядом. Вот, к примеру, роман Анатолия Курчаткина «Цунами»: именно в 1990-е жизнь главного героя, неудачливого интеллигента-бизнесмена Рада потерпела крах, превратив его в «человека-невидимку», скрывающегося от рэкетиров┘ О том, насколько удалась автору эта трагическая история, свидетельствует надпись на обложке книги: «Русский Букер». 2007. Лонг-лист». Пусть не лауреат, не финалист, но и попадание в «длинный список» вполне репрезентативно. Бывает гораздо хуже и чаще – книжки типа «Черного риелтора, или Квадратных метров жулья» Михаила Болле. Это история двух черных маклеров-беспредельщиков, от чьих квартирных афер пострадало множество москвичей и гостей столицы и которые в конце концов получили по заслугам. Сказать, что роман плох – не сказать ничего: предсказуемый сюжет, убогий язык, карикатурные персонажи┘ Но книги всякие нужны, и такие тоже. «Черный риелтор» с его примитивными «оборотнями в погонах», квартирными «кидалами» и их несчастными жертвами не хуже газетных хроник может послужить тем самым удобрением, из которого прорастет будущая сага о лихих 90-х.
Анна Ахматова говорила про сор, из которого прорастают стихи, но ведь и для прозы нужен сор, почва, навоз, в конце концов. Даже такой – насквозь нелитературный. Хотя и риелторам не чужды высокие материи. На днях среди газетных объявлений на тему недвижимости попалось сообщение о продаже четырех комнат в многокомнатной квартире. Помимо сведений об этажности и метражности, лифте и охраняемой стоянке, парковке и перспективе расселения там, в частности, было указано: «дом Ахматовой». Имеется в виду легендарный дом на Большой Ордынке, где Анна Андреевна, приезжая в Москву, останавливалась в квартире Ардовых. Видимо, данный литературно-исторический факт благоприятно повлиял на цену предлагаемого жилья. А цена такова, что, живи Ахматова в наши дни, стать владелицей этих апартаментов она бы ни за что не смогла. Даже если бы получила сразу несколько крупных государственных и негосударственных премий.
