Для мебели

Существует непротиворечивая – и полностью соответствующая марксистским прописям – версия, что книжному буму в нашей стране способствовал рост благосостояния трудящихся, отразившийся, в свою очередь, и на мебельной моде. Кто не помнит эти знаменитые стенки, которые по всему СССР стали проникать с 1960-х годов даже в комнаты коммуналок. А в каждой стенке обязательно был книжный шкаф.

Хотя незадолго до этих великих передвижек в комедии Виктора Розова «В поисках радости» (1957), прославленной фильмом «Шумный день», подросток Олег успешно крушил подобную мебель, схватив с самого начала висевшую на стене саблю погибшего отца – не героя ли Гражданской войны?!

И ведь погибшие рыбки были только поводом – до кульминации Олег вел красноречивый разговор на темы мебели, которая мешает рыбкам.

«Олег (с грустью). Ну вот – совсем житья нет! Она еще раздвижной стол купить хочет, два книжных шкафа, тахту... Эх! (Махнул рукой.) И зачем это все людям надо?!

Геннадий. Зачем? Для удобства жизни. Отец тоже все в дом тащит.

Олег. Не все же в дома тащат.

Геннадий. Конечно, не все, возможностей нет. Вот когда будет коммунизм – всё тащи, сколько влезет!

Олег (задумавшись). Тогда, Гена, совсем не будет коммунизма, никогда!»

Коммунизм действительно не проявился, но книжные шкафы размножились, их надо было соответствующе заполнять, народ потянулся к книге… Особенно к собраниям сочинений. В книжных стенках они хорошо смотрелись.

Понятно, писатели и здесь перекосы усматривали. В «крокодильском» рассказе Виктора Драгунского отрицательный персонаж так комментировал появление у него домашней библиотеки:

«А нельзя иначе… Книга сейчас – самое главное убранство... Мода, брат, надо считаться!» И добавлял о стоявшем на полке известном «огоньковском» пятнадцатитомнике Стендаля. «Это который Стендаль-то?.. Желтенький, что ли? А, да! Я его по бокам зелененьким обложил! Чтоб покрасивей, значит, было! Одно к одному. Желтенькое с зелененьким. Яичница, значит, с гарниром – с луком там или с горошком! Красиво...»

Но так или иначе в нашей стране сложилась, даже в цензурных стеснениях, высочайшая культура издания собраний сочинений. Некоторые из них до сих пор остаются образцовыми, тем более что в нынешнюю эпоху планшетников и флешек появление собрания сочинений, сделанного с равнением на существовавшую традицию, – редкое культурное событие.

Понятно, что такие собрания сочинений нужны не для заполнения книжных стенок (да и не очень-то их жалует мода хай-тека). Но отмечая самим своим появлением определенные литературные и общественные вехи, эти книги все-таки попадают и в частные библиотеки. А это значит, что с них не только будут вытирать пыль, но и когда-нибудь откроют для прочтения.