Ода субъективности

Любовь Гитерман. Серфинг по жизни!.. – Волгоград: ПринТерра, 2008. – 296 с.

Книга Любови Гитерман сложилась из рассказов о ее жизни – или, как она сама пишет, о трех ее жизнях: она родилась в Ялте, училась в Москве, со съемочными группами Ялтинской и Московской киностудий объездила полстраны. Жила в Израиле, сейчас – в США. В книге нет ничего выдуманного – только то, что видела и слышала сама автор. И рассказывает она об этом не просто остроумно, но с тем блеском, который заставляет любую аудиторию благодарно умирать от смеха даже при чтении телефонного справочника. Кого только нет в рассказах Гитерман. Это киношники – режиссеры, помрежи, операторы, осветители, гримеры, маляры, актеры – причем не только народные, любимые миллионами зрителей Иннокентий Смоктуновский, Николай Караченцов, Лев Дуров, Софья Пилявская, Татьяна Пельтцер, но и детишки из массовки; студенты и преподаватели московских вузов, американские полицейские и много еще разного люда, с кем автора сводила судьба.

Мы словно смотрим кино – вместе с умным и доброжелательным соседом, чьи комментарии происходящего порой интереснее самих событий. Гитерман обладает не только ироническим взглядом на окружающую реальность, но – что куда важнее – самоиронией, умением взглянуть на себя со стороны и первой посмеяться над собой. Герои книги хотя и реальные люди, но запечатлены они с помощью особой оптики – субъективного взгляда. Эта субъективность придает рассказам Гитерман особую доверительность и привлекательность, которые усиливают точность хроникально-документального свидетельства «о времени и о себе». «Серфинг по жизни!..» не сборник баек, а своего рода коллаж, запечатлевший шумную и пеструю эпоху – 1970–1990-е годы.

Вот, к примеру, текст, который была вынуждена выдать Татьяна Ивановна Пельтцер администратору гостиницы, который не желал ее селить одну в номере:

«– Я прекрасно понимаю, что вам нас...ть на то, что я народная артистка СССР... и на то, что меня знает и любит вся страна... Я также понимаю, что вам тем более нас...ть, что мне 82 года и я больной человек... Но... имейте в виду, что я еще и Герой Социалистического Труда со всеми вытекающими отсюда льготами и правами... и вам будет далеко не нас...ть на те неприятности, которые я вам гарантирую!»

Трудно найти более яркую примету времени...

Наверное, Гитерман могла бы (вслед за Львом Толстым) сказать, что самый дорогой, самый главный для нее читатель – «человек понимающий», тот, кто не только ценит шутку, но способен сопереживать, настроиться на одну волну с автором. Поэтому проза Гитерман не может не быть симпатична такому читателю изяществом деталей, меткостью психологических наблюдений, например: «Наше отношение к возрасту меняется┘ с возрастом». В книге грусть соседствует с весельем, колоритная жанровая сцена – с поэтическим описанием природы. Хорош юмор – точно дозированный, еще раз подтверждающий вкус и чувство меры автора, кому равно удаются и проза, и стихи: «Да, равноправье явлено сполна,/ во всем, везде, особенно в России./ Здесь, даже если ЖЕНЩИНА умна,/ признают – у нее мозги мужские!» Вместе с эпизодами, то забавными, то ироническими, есть и страницы пронзительного лиризма о подруге детства, Марине, трагически погибшей незадолго до своего 18-летия.

После прочтения мы испытываем благодарность автору за честную, чистую, умную прозу, за доверие, которое она оказала нам, впустив в свою жизнь. И читатель – убежден – не может не откликнуться на эту открытость души, делаясь сам чище и честнее.