Генералы без царя в голове

Программные документы Белого движения / Сост. и ред. С.В. Волков и В.Г. Хандорин. – М.: Ruinaissance, 2025. – 376 с.

Но междоусобная смута не ограничивается лишь противостоянием фронтов.

Сборник материалов, вышедший под редакцией московских историков Сергея Волкова и Владимира Хандорина, в отличие от большинства аналогичных работ знакомит читателей с идеологией, вопросами внешней и внутренней политики контрреволюционных правительств. Это в первую очередь «Политическая программа» Корнилова, «Декларации» Колчака и Деникина, дающие общие представления о целях и задачах, иными словами о целостной альтернативе большевистской политике. 

Корнилов учитывал современные ему реалии, поэтому: «...за рабочими сохраняются все политико-экономические завоевания революции в области нормировки труда, свободы рабочих союзов, собраний и стачек, за исключением насильственной социализации предприятий и рабочего контроля, ведущего к гибели отечественную промышленность».

Одновременно приводятся документы, касающиеся конкретных вопросов: национального, земельного, социального, отношению к новым государственным образованиям, возникшим на территории бывшей Российской империи. Так, например, проблема землепользования, а точнее, признание захвата помещичьих и казенных земель крестьянами («черный передел») стала одной из наиболее болезненных для всех правительств, о чем свидетельствуют документы Колчака, Деникина и Врангеля. С одной стороны, не признать фактическое изменение собственности было нельзя. С другой – оно нарушало права бывших владельцев, что автоматически вызывало риторический вопрос: чем белые отличаются от красных, бросивших лозунг «грабь награбленное»? В историографии принято считать, что узаконить «черный передел» решился только «черный барон». Но об этом говорил еще адмирал Колчак. В записке главе правительства Петру Вологодскому в марте 1919 года он предписывал «считаться со сложившимися уже стихийно в условиях переживаемой анархии отношениями в области землепользования». Правда, в официальных документах колчаковское правительство вынуждено оговаривалось, что «в окончательном же виде вековой земельный вопрос будет решен Национальным собранием». К слову сказать, Верховный правитель писал о признании существующего status quo и в телеграмме Деникину.

Документы, на мой взгляд, опровергают устоявшийся штамп о реставрационных устремлениях противников большевиков. Кроме Врангеля, который, впрочем, менее всего хотел форсировать процесс, считая необходимым условием восстановления монархии популярность самой идеи в массах, сторонником самодержавия был последний лидер белых генерал-лейтенант Михаил Дитерихс. Возглавив вооруженные силы Приамурья, он рассуждал о том, что постигшая народ смута дана «по грехам нашим против (…) мученически убиенного советской властью императора Николая II со всею его семьею». То, что Гражданская война началась за много месяцев до цареубийства, генерала не смущало. Он утверждал: «России великой не быть без государя, не быть без преемственно-наследственного Помазанника Божьего». 

Судя по всему, остальные командующие ставили основной целью воссоздание российской государственности, а окончательная форма правления не являлась для них принципиальной. Вместе с тем стремление к законности нередко сопровождалось тем, что Деникин назвал «черными страницами». Не избежал их и Колчак. За добровольную сдачу в плен или переход на сторону неприятеля до боя им предписывалось «во время ведения операций, упомянутых выше предателей и изменников в плен не брать, а расстреливать на месте без суда; при поимке же их в дальнейшем будущем арестовывать и предавать военно-полевому суду».

Думается, без таких разнообразных документов нельзя до конца понять отечественную контрреволюцию. Тем более что политика и государственное строительство противоборствующих сторон также должны найти отображение в литературе, как и вызванная ими война.