Ушел из жизни, но не из «Общины»

Петербургская общественная жизнь, да и сложные отношения внутри Института богословия и философии cтали для Владимира Пореша невыносимыми. Фото с сайта www.arch2.iofe.center

Владимир Юрьевич Пореш, один из самых ярких и ни на кого не похожих людей, скончался 21 января в Алма-Ате. Пореш принадлежал к религиозному диссидентскому движению. В середине 1970-х годов он был одним из организаторов христианского семинара Александра Огородникова. Этот «семинар» был странным явлением. Более 100 человек съезжались раз в месяц на выходные из нескольких городов (Москвы, Петербурга, Смоленска, Уфы) для самообразования в вере. Прочитав книгу, пересказывали ее содержание, после этого следовало обсуждение.

Участники семинара рассказывают, что главным для них были не сами семинары, а общение, долгие беседы о Боге, о вере, о России. Они вспоминают, что атмосфера братства, возникшая на этих собраниях, до сих пор вызывает у них ощущение чего-то чудесного, ни с чем не сравнимого. «Семинаристы» приобретали опыт солидарности и любви. Постепенно участники собраний стали называть свое движение не семинаром, а общиной. Они решили издавать журнал, который так и назвали – «Община». Журнал делали Александр Огородников и Владимир Пореш, выпускник филологического факультета ЛГУ. Удалось выпустить всего три номера, причем все экземпляры первого и третьего вскоре были конфискованы КГБ, так что доступен в наше время только второй номер.

Все члены общины ощущали себя православными христианами, хотя взгляды их были далеко не одинаковы. В то же время все они ненавидели советскую власть. Христианская вера была для них основой освобождения от советского образа жизни и мировоззрения. Приблизительно с 1977 года община была под плотным контролем КГБ. В 1978–1980 годах она была разгромлена. Семь участников семинара лишились свободы, среди них Пореш. Он был арестован 1 августа 1979 года и осужден 25 апреля 1980 года по ст. 70 ч. 1 «Антисоветская агитация и пропаганда» УК РСФСР, приговорен к лишению свободы на пять лет и ссылке на три года.

Ему инкриминировалось составление сборника «Бюллетень»; издание, хранение и распространение журнала «Община»; написание писем «К чешским друзьям», «К молодежи Запада» и Александру Солженицыну, открытого письма президенту США Джимми Картеру, изготовление фотокопии книги Солженицына «Бодался теленок с дубом». В обвинительном заключении говорилось также, что Пореш «своей целью ставил подрыв советского государственного строя и говорил о восстановлении монархии». Заключение отбывал в лагере Пермь-35. Принимал участие в правозащитных акциях заключенных: голодовках, забастовках; водворялся в ШИЗО. 25 августа 1982 года этапирован в тюрьму № 4 г. Чистополь Татарской АССР до конца срока заключения. В чистопольской тюрьме за день до окончания срока заключения, 30 июля 1984 года, арестован и осужден 23 октября по ст. 188–3 УК РСФСР – «Злостное неповиновение требованиям администрации исправительно-трудового учреждения» – к трем годам лишения свободы с присоединением неотбытых по предыдущему приговору одного дня и трех лет ссылки. Для отбывания заключения направлен в общеуголовный лагерь строгого режима в Кемеровскую область. Освобожден в 1986 году.

Я познакомился с Володей в 1987 году, через несколько месяцев после его освобождения. Тогда он был обласкан общественным вниманием. Его, одного из самых стойких узников совести, приглашали в руководство различные общественные и просветительские организации, его ждали за границей с рассказами и лекциями о героическом прошлом. Все свои силы он вложил в организацию Института богословия и философии и общеобразовательной школы при нем. Володя преподавал французский язык и литературу, преподавание его очень увлекало. Тогда мы были близки: в Москве он останавливался у меня, в Питере – я у него, летом я жил у него в деревенском доме в глухом лесном углу на востоке Ленинградской области.

Общаясь с Володей, я был свидетелем того, как он постепенно разочаровывался в той жизни, в которую окунулся после освобождения. Тщеславие, нетерпимость, интриги и даже клевета больно ранили его. Петербургская общественная жизнь, да и сложные отношения внутри Института богословия и философии становились для него мало-помалу невыносимыми. Ко всему этому добавились сложные отношения в семье. В 2012 году он сделал решительный шаг: развелся и уехал с новой женой в Казахстан, в Алма-Ату. Там он давал частные уроки французского языка и читал философскую литературу.

Пореш был человеком удивительных качеств. У нас с ним было много разногласий. Тем не менее, наругавшись несколько часов, после споров с ним я чувствовал себя как на празднике. Общение с ним было счастьем.