Алкей Новое время – новые слова. Сейчас чуть что – говорят про принуждение. Не женился, а принудил ее к браку. Не тост произнес, а совершил операцию по принуждению к пьянке. Что-то подобное, если верить источникам, произошло в рамках Генеральной Ассамблеи ООН между российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым и госсекретарем США Кондолизой Райс. То ли она его принуждала к браку, то ли он ее – к пьянке.
Во всяком случае, заместитель госсекретаря Даниэл Фрид, комментируя эту встречу, отметил, что атмосфера была натянутая, но не сухая. Не сухая – это особенно хорошо. Хотя, конечно, хотелось бы подробностей. Не сухая – это два коктейля, которые смешать, но не взбалтывать? Или пол-литра на двоих? Или, может быть, сначала по пиву, потом 0,7 на двоих и снова по пиву – теперь уже по российскому, – чтобы отполировать? Не говорят. Правда, тот же Фрид пояснил, что никто не кричал, не бил кулаком по столу, не устраивал спектаклей. Я, честно говоря, не сомневался никогда, что Кондолиза Райс предпочитает на дипломатических встречах обходиться без мордобоя. Лавров так вообще – слова грубого не скажет, даже коллеге-министру. Наоборот, если б встреча была еще более, скажем так, не сухой, могло б дойти до поцелуев, до вступления США в СНГ, Абхазии в НАТО, а Южной Осетии – в Евросоюз. Потом перешли бы к совместной операции по принуждению Ирана к миру с Израилем на территории Австралии.
Впрочем, не все еще потеряно. Сергей Лавров, выступая после встречи перед журналистами, отметил, что обе стороны договорились не делать из ситуации на Кавказе скалу, о которую все будет разбиваться. Вот это правильно. Разбивать надо бутылки шампанского о статую Свободы. Тогда и будет повсюду мир и согласие.
Кстати, косвенным подтверждением тому, что встреча была не сухой, служит еще одно высказывание нашего министра об этих переговорах. Он, если верить слухам, сказал примерно так: была, сказал он, обсуждена и ситуация на Кавказе, по которой стороны не видят общих точек понимания. Что такое общие точки понимания, я, например, понимать отказываюсь. Не способен. Нет, если, конечно, и впрямь встреча не была сухой, то тогда все нормально. Хорошо сидим, тостуемый пьет до дна, тут не то что общих точек понимания, тут даже статую Свободы не увидишь, лежа у ее прекрасных ног. Я про прекрасные ноги статуи Свободы говорю, а не про ноги Кондолизы, хотя и они, уверен, не менее прекрасны. Как скала. Нет, никакая не скала, что это я? Лавров же вроде бы прямо сказал: не будем делать скалу. Вот и не будем.
