Ольга Рычкова
Евгений Кольчужкин. Речи дней: Стихотворения 2001–2010 гг.
– М.: Водолей, 2011. – 112 с.
Евгений Кольчужкин (р. 1963) давно выступает в двух ипостасях – поэта и издателя. В 1991-м основал томское (ныне московское) издательство «Водолей», быстро завоевавшее читательский интерес книгами «серебряновековцев» – писателей, философов, литературоведов, а в прошлом году был отмечен премией Андрея Белого в номинации «Литературные проекты» с формулировкой «за организацию издательства «Водолей», за издание собрания сочинений С.В.Петрова и других книг». Как поэт печатался в журналах «Новый Берег», «Новый Журнал», «Арахна», «Литературное обозрение», выпустил несколько сборников – «Тропос», «Нити Арахны», «Прошедшее продолженное» и теперь вот «Речи дней».
Поэзия Кольчужкина всегда отличалась культурологичностью и требовала от читателя определенной – и немалой – подготовки: кентавры, вакханки и Мелеагры встречались в стихах столь же часто, как березки и рябины в поэзии патриотической. Но все ли с ходу вспомнят (если знают), что Мелеагр – один из персонажей «Илиады», сын калидонского царя Ойнея (тут возникает новый вопрос: чем же славен Ойней?), а «Эван, эвое!» – традиционный возглас вакханок во время оргий? Возможно, в том, что это «стихи не для всех», виноват не «усложненный» поэт, а необразованный или растерявший культурный багаж читатель┘ Но все же, читая такие стихи, невольно вспоминаешь совет Блока: «Чтобы стать поэтом, надо как можно сильнее раскачнуться на качелях жизни».
Горчит рябина – Грета Гарбо... Фото автора |
В новой книге Евгению Кольчужкину это удалось: его лирический герой оторвался наконец от чтения фолиантов и вышел из библиотечных стен на белый свет. И обнаружил, что кроме преданий старины глубокой есть живое, природное настоящее:
Холодов путевые заметки, –
Строки инея, – не утаю.
В светлом облаке, дереве, ветке
Я впервые себя узнаю┘
Хотя свои любимые книги герой-библиофил, отправляясь в путешествие, из рук не выпустил. Как пишет в послесловии к сборнику об «авторском субъекте стихов Евгения Кольчужкина» Дмитрий Сегал, «перед нами человек, живущий в природе и природой, чутко прислушивающийся к ее голосам, вникающий в ее послания, сообщения и речи, жадно рассматривающий ее картины. Но этот человек – это своего рода книгоноша, при нем всегда несколько сокровенных любимых книг, прозаических или поэтических, и он по зову сердца останавливается, чтобы открыть заветный томик на нужной странице и снова припомнить дорогие строки, увидеть дорогие образы». Поэтому в звуках октябрьской листвы он слышит голоса иных времен – «как языки на агоре,/ шумят раскрашенные листья», в «небе взлохмаченном» видит картины Шагала, на «проселках залатанных» нет-нет да повстречается Агасфер, и даже рябина напоминает своей горечью Грету Гарбо, а шалящая почему-то ольха – Коко Шанель.
И все же новоявленный путник чувствует, что «природа – соразмерна;/ Пусть ум умерит прыть:/ Ей сладостно, наверно,/ Непознанною быть» и дает наказ самому себе:
Смири, натурфилософ,
Познанья блуд в груди, –
Бери свой зрячий посох
Да по миру иди!
В прошлом году такое странствие привело Евгения Кольчужкина в Коктебель, где он стал лауреатом VII Международного литературного Волошинского конкурса.
