Литературный бурлак

Евгений Степанов. Жанры и строфы современной русской поэзии. Версификационная практика поэтов XX и XXI веков. В 3 т. 

– М.: Вест-Консалтинг, 2013.

Получил от Евгения Степанова в подарок трехтомник «Жанры и строфы современной русской поэзии». Огромная работа во славу многих авторов, не все из которых и спасибо скажут, к сожалению.

С автором трехтомника давно дружу и очень многим ему обязан – львиная доля моих публикаций в интернет-ресурсе «Журнальный зал» опубликована Степановым. Но поймите меня правильно, пишу я от чистого сердца, а не ради подхалимажа, не ради очередной публикации. Да и статус у меня уже не тот, чтобы писать ради чего-то.

Я бы оценил деятельность Евгения перефразировкой известной строфы Сергея Михалкова, чтобы звучало так:

По фамилии Степанов,

По энергии – вулкан,

Из журнальных великанов

Самый главный великан.

Пашешь тут пашешь, а никто почти и не ценит. А зря.  Александр Трифонов. Покоряющая улыбка красного быка с танцующим стеклом.

Евгений мне представляется бурлаком – так в моем воображении видится работа редакторов толстых журналов. Но если большинство главных редакторов тянут баржу со своими постоянными клиентами, то на баржу Степанова может залезть любой. Или почти любой. Скольким литераторам дали путевки в жизнь журналы Евгения, сколько оперилось – не сосчитать.

Отдельно хотел бы отметить черту характера Степанова – литературное мужество. Он опубликовал во время израильско-палестинского конфликта 11 израильских поэтов в переводах русскоязычных израильтян. Он первый опубликовал цикл пародий на всю редколлегию его журнала «Дети Ра». По его стопам пошла редколлегия журнала «Идель».

А журналы занимают у Степанова большую часть его жизни, если не всю. Эти многофункциональные печатные издания отнимают и деньги и время, и частенько вместо благодарности издателю звучит хула. Наверное, частенько у него опускаются руки, но то, что он живет на свете ради многих ему совсем неизвестных авторов, которых выпускает в полет со страниц своих журналов, в этом Степанов видит смысл своей жизни, да не убоюсь сказать более величаво – предназначение. Третьяков русской литературы. Я полагаю – эти слова в адрес Степанова произнесут через век, но пускай он их услышит сегодня. Все поэты немного пророки, так что и мне видится будущее таким образом.

И этот трехтомник я рассматриваю, как некую веху в жизни Степанова, как подведение некоего итога, в котором он собрал множество поэтов в единый монолит под названием «Русская поэзия». Огромный пласт современной поэзии.

К сожалению, мы не научились ценить труд людей, поднимающих нас ввысь. Не научились говорить «спасибо» при жизни – только вслед. Так что спасибо тебе, Евгений, от меня лично и от всех, кто еще не успел это сделать.

Иерусалим