Триумф доброго Папы

Британия встретила Папу с почтением, однако это не объясняется яркостью его речей или действий. Премьер-министр Дэвид Кэмерон слушает выступление высокого гостя.
Фото Reuters

Этого следовало ожидать: в окружении Бенедикта XVI его четырехдневную поездку по Британии восприняли как триумф. Как сообщают ветераны «ватиканского пула» Роберт Микенз из Tablet и Ричард Оуэн из Times, в папском самолете, вылетевшем 19 сентября из Бирмингема в Рим, царило ликование. Там пили вино, радостно угощались макаронами и телятиной с трюфелями, и каждый готов был свидетельствовать о том, что визит удался.

Он удался прежде всего потому, что Папе на сей раз удалось избежать чреватых дипломатическими скандалами ляпсусов. В самолете с журналистами он общался исключительно по-итальянски, опасаясь, как бы «ограниченный английский» не сослужил ему дурную службу.

В ходе визита он избегал тем женского духовенства и гомосексуализма, зато говорил о «стыде и унижении», которым подвергли Церковь священники-педофилы. Папа даже встретился с пятью жертвами сексуального насилия и впервые беседовал с активистами, защищающими их права.

В некоторых британских СМИ накануне визита господствовал критический настрой. Масла в огонь подлил бывший президент Папского совета по содействию христианскому единству кардинал Вальтер Каспер. В интервью немецкому журналу Focus он заявил: «Англия сегодня – секулярная, плюралистическая страна. Приземлившись в аэропорту Хитроу, можно решить, что ты оказался в стране третьего мира. В Англии распространен агрессивный атеизм». Ожидалось, что Каспер будет сопровождать Папу в его поездке, но у кардинала разыгралась подагра, и он остался в Риме. Отдельные журналисты сочли эту болезнь «дипломатической»: таким образом, писали они, Ватикан пытается «замять» потенциальный скандал.

Впрочем, и сам Папа коснулся темы «агрессивного атеизма», выступая перед королевой в Эдинбурге. Он вспоминал свое детство, проведенное в гитлеровской Германии, и объяснял нацистские зверства «неверием в Бога». В ответ известный антиклерикал биолог Ричард Доукинз подготовил речь, с которой он намеревался выступить на марше протеста в Лондоне 18 сентября. В своей речи Доукинз утверждал, что Гитлер был католиком – «во всяком случае, не меньшим католиком, чем 5 миллионов так называемых католиков в нашей стране». В итоге профессор выступил на митинге с сокращенным вариантом спича, однако и полная версия успела стать достоянием прессы.

Эндрю Браун из газеты Guardian жестко раскритиковал Доукинза, напомнив ему, что в большинстве своем британские католики во время войны выступали против Гитлера. Однако тема получила развитие в СМИ. Журналисты поспешили напомнить Папе о фашистских режимах, пользовавшихся полной поддержкой Католической Церкви в Словакии, Испании, Хорватии.

Избрав атеизм своей основной мишенью (о борьбе с ним Папа говорил и на встрече с мусульманами и иудеями), Бенедикт XVI ступил на зыбкую почву. Британские публицисты отмечают, что нацию разделяют вовсе не разные религии, а отношение к религии как таковой, то есть вера и неверие. И Папа Римский своими высказываниями никак не способствовал примирению и взаимопониманию в британском обществе – напротив, еще раз обозначил существующий конфликт.

Католическая газета Tablet отмечала, что в лондонском антипапском митинге 18 сентября приняли участие всего 6 тыс. человек. Издание ссылалось на официальную статистику лондонской полиции; при этом, по оценке других изданий, акция протеста собрала от 10 до 15 тыс. участников. Так или иначе, Tablet предлагает сопоставить эти цифры с десятками тысяч людей на папской мессе в Гайд-парке или на мессе в Бирмингеме, посвященной беатификации кардинала Джона Генри Ньюмена. Сопоставить и сделать вывод, что враждебность британского общества в отношении Папы – явное преувеличение.

В Британии Бенедикт XVI действительно не выглядел непробиваемым «немецким танком» или «божьим ротвейлером», как его называли в бытность префектом Конгрегации вероучения. Практически все издания пишут о «добром дедушке» с мягкими манерами. Острые темы (противозачаточные средства, гомосексуализм, женщины в Церкви) были отодвинуты на второй план, однако это едва ли стоит считать заслугой Папы. На восприятие визита скорее повлияли не произнесенные речи, а его антураж. Папский кортеж, богослужения, выступление перед британскими политиками в Вестминстер-холле, пафос встречи с архиепископом Кентерберийским Роуэном Уильямсом – все это, как ни странно, произвело впечатление на британцев, захватило их внимание.

«Большинство британцев вот уже несколько десятилетий безразлично к организованной религии, – писала газета Guardian. – Однако Папе достаточно и меньшинства, которое ради него собирается в толпы, превосходящие потенциальную аудиторию любого политика или знаменитости».

Сравнивать численность протестующих и численность папской аудитории, в общем, не вполне корректно. 10 тысяч антиклерикалов в Лондоне – верхушка айсберга, инициативная часть индифферентного к религии общества, которое визит Папы ни на шаг не приблизил ни к вере, ни к Католической Церкви. СМИ отмечают, что еще ни в одной стране папский визит не сопровождался столь серьезными акциями протеста.

«Католическая Церковь по-прежнему могла бы влиять и вдохновлять, – говорилось в редакционной статье в той же Guardian. – Однако это не под силу Церкви, пытающейся прикрывать насильников в своих рядах. Церкви, чье учение относительно контрацепции, разводов и гомосексуальности просто игнорируется обществом. Церкви, чьи общины «голосуют ногами»: посещаемость богослужений в Англии и Уэльсе сократилась на 40%, количество церковных браков – на 25%, количество священников – на 25%. Папа говорил в Вестминстер-холле, что религия обрела маргинальный статус, но только ли «внешние враги» в этом виноваты? В ходе следующего государственного визита Папе стоило бы меньше проповедовать и явить больше смирения┘»