Наталья Меликова Половина третьего ночи 15 марта 2004 года. К Спасской башне Кремля уверенной походкой идут двое: Владимир Путин и Дмитрий Козак. Главный кандидат страны и его начальник штаба. Охрана поодаль. Из-за Спасской башни видно зарево пожара: горит Манеж. Такую картину наблюдали из окна штаба кандидата Путина (что на Красной площади, 5) журналисты, с которыми только что расстался президент.
Но сначала нас ждало полное превратностей ночное путешествие по Москве. Многие улицы, ведущие в центр города, были перекрыты. В самом здании штаба атмосфера грандиозного банкета: носятся официанты с подносами, на втором этаже накрыт стол, и более удачливые мои коллеги уже поглощают пироги и канапе. Никого из VIP-персон нет. Говорят, видели только Бориса Грызлова, пулей выскочившего из штаба еще до нашего приезда.
Поднимаемся на пятый этаж, в конференц-зал. Через несколько минут входит Дмитрий Козак. «Штаб был техническим, чего же тогда делали вы?» – интересуются журналисты. Козак терпеливо объясняет, что штаб выполнял работу по сбору подписей и занимался избирательным фондом. «Кто возьмет на себя ваши полномочия в администрации?» – интересуюсь я. «Решение пока не принято, – замечает Козак и добавляет: – Место вакантным не останется». Тех, кого волнует проведение непопулярных реформ, Козак обнадеживает: следующий срок Путин будет работать на историю. Выступление начштаба заняло 10 минут. Перед ним кладут записку: пришел кандидат...
Путин входит в зал через час. Благодарит всех без исключения. Объявляет о приоритетах: все демократические завоевания будут сохранены, гражданское общество будет укрепляться. Победитель, как никогда, либерален в своих заявлениях. Уже потом в неформальном общении говорит о свободе прессы, о необходимости ликвидировать зависимость журналистов от олигархов: «Зарплаты у журналистов должны быть достойными. А если к вам придет большой дядя с конвертом, вы должны сказать: идите, идите».
Сославшись на Козака, Путину задают вопрос о его готовности поработать на историю. «Нет. Не готов. Я считаю, что не нужно, нельзя руководствоваться какими-то завиральными идеями, непонятными ни для кого. Работать нужно для конкретных людей», – довольно жестко отвечает Путин. «Что делать будете после второго срока?» Наступает пауза. «Вот достали, – президент демонстрирует напускное недовольство, – еще не начал работать, а уже на пенсию отправляете».
После окончания пресс-конференции журналисты окружают главу государства плотным кольцом – уйти просто так не удается. Главная тема – реформа правительства. Путин делает неожиданные признания: уговаривал Реймана и Франка остаться. Дает подробную характеристику новому премьеру: «Он очень работоспособный. Требовательный, в то же время достаточно добрый, не хам никакой. Я уверен, что это, кстати, тоже важно. И можно же быть лощеным псевдоинтеллигентом, а в душе таким достаточно хамоватым человеком. Такое часто встречается с чиновными лицами. Вот Михаил Ефимович не такой». Намекает, что кандидатура его преемника может стать такой же неожиданной, как и кандидатура Фрадкова: «И обратите внимание, все больше и больше становится даже на политической сцене. Над кем-то посмеиваются, кого-то воспринимают всерьез. Сегодня посмеиваются, а завтра ситуация может измениться».
Никто, даже присутствовавшие иностранные журналисты, не задают вопросы про Чечню, взрыв в метро, рухнувший аквапарк и горящий по ходу пресс-конференции Манеж. У Владимира Путина – праздник. И в ночь выборов его никто не захотел портить.
Дарья Гармоненко