Фото Reuters
Среди общественников, ориентированных на отстаивание интересов русского народа и православного исповедания, волну возмущения вызвала череда новостей, связанных с темой так называемого ордынства. Руководство Казахстана назвало свою страну наследницей Золотой Орды. Примерно в то же время в одной из забайкальских республик РФ объявили об учреждении ордена, посвященного монгольскому военачальнику, совершавшему жестокие набеги на древнерусские города и веси. Ранее одно из мусульманских духовных управлений России подверглось критике связанных с РПЦ активистов за апологию Золотой Орды. Напомним, это средневековое государство кочевников три столетия держало Русь под своим игом.
«Ордынский вопрос» стал одним из маркеров разделения патриотического сообщества России. Одни относят себя к так называемым евразийцам и утверждают, что русская государственность зиждется на самодержавных традициях ордынских ханов в той же степени, что и на византийской автократии. Другие считают византийство доминирующим в основании отечественной государственности, а также признаком строго европейской принадлежности российской цивилизации. Россию и православие они, конечно, считают лучшей частью Европы, сохранившей приверженность подлинному христианству. Эти люди главной опасностью полагают нелегальную миграцию и распространение пантюркизма вдоль южной границы нашей страны.
Отношение к исторической роли Золотой Орды не единственная тема, раскалывающая патриотов. Только-только отшумели споры по поводу Ленина и его наследия, порожденные фильмом «Мумия» на православном телеканале «Спас». Тогда копья ломались из-за разногласий по вопросу о вкладе большевизма в развитие российской великодержавности.
При историософских баталиях, разделивших патриотов на «красных» и «белых», на «ордынцев» и «византинистов», все стороны споров утверждают, что заботятся о будущем страны. Между тем результаты социологических исследований свидетельствуют о том, что повестка, которая кажется защитникам церковности злободневной, не дает результатов в деле привлечения новых поколений к религиозной традиции.
Недавно большой резонанс вызвало исследование Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ), данные которого широко освещали СМИ. Согласно этому опросу, 65% россиян относят себя к православным верующим. В 2011 году таковых было 78%. На эти публикации представители РПЦ отреагировали по-разному. Кто-то увидел в картине снижения числа верующих манипулирование цифрами, кто-то – особенности проведения исследовательской работы.
Надо еще учесть, что ПСТГУ – это вуз, учрежденный Московским патриархом и Синодом РПЦ. Но и независимая от церкви социологическая служба дает похожие цифры. ВЦИОМ говорит о 67% считающих себя православными верующими по состоянию на 2025 год, а в 2017 году таковых было 75%.
Приведенные работы не содержат в себе особое исследование молодого поколения. Однако динамика отношения населения к религии дает представление о том, что со временем снижается число тех, кто соотносит себя с православием. Некоторые наблюдатели отметили, что появилось значительное число россиян, не связывающих себя с конкретной религией. То есть интерес к метафизическому у людей существует, но не всегда реализуется в рамках Московского патриархата как оформленной и структурированной организации со своей общественной повесткой, которую в церкви считают важной для развития страны. В этой повестке трудно обнаружить более-менее четкую конфигурацию представлений о будущем России, зато в церкви и околоцерковной среде охотно и горячо пускаются в прения на исторические темы. Возможно, фиксация на исторических вопросах, о которых в России спорят уже не одно столетие, не делает РПЦ интересной для молодежи.
Ольга Соловьева 
