Геннадий Петров
Фото Reuters
Межгосударственный спор Польши и Украины, вызванный событиями 83-летней давности, скоро пойдет на спад или, напротив, будет развиваться по нарастающей. Польские власти намерены провести масштабные траурные мероприятия 11 июля – в Национальный день памяти жертв геноцида граждан Польской Республики, совершенного украинскими националистами (таково официальное название этой памятной даты, установленной в 2009 году). Это выглядит как ответ на недавние действия Киева, направленные на героизацию этих националистов. Попытка Владимира Зеленского в личной встрече отговорить польского президента Кароля Навроцкого от педалирования данной темы, по-видимому, не увенчалась успехом. Среди западных союзников Киева, а также среди части польского правящего истеблишмента велико желание сделать так, чтобы конфликт не разросся. Однако это тот случай, когда польский президент может пойти на принцип.
Волынская резня – событие, которое долгое время старались не афишировать ни в Польше (как посткоммунистической, так и времен ее пребывания в советском блоке), ни в СССР, ни на Украине. Уж очень оно было неудобно для властей каждой из этих стран. В 1943–1944 годах на Западной Украине (главным образом на Волыни, но не только там) были зверски убиты десятки тысяч (точное количество жертв – до сих пор предмет дискуссий) этнических поляков. Хотя Волынская резня, как назвали это преступление в Польше, проводилась по наущению и с прямой санкции руководства УПА (*Украинская повстанческая армия, признана экстремистской и запрещена в РФ), убийствами своих соседей польской национальности занимались отнюдь не только «идейные» украинские националисты. В польских погромах участвовали тысячи человек. Свою жуткую провоцирующую роль сыграли и давние обиды (вражда поляков-помещиков и украинцев-крестьян насчитывает не один век), и экстремистская пропаганда УПА*, и просто желание поживиться за счет более богатой общины, которая вдруг после разгрома польских военных формирований стала беззащитной.
Выжившие в многомесячной бойне 1943–1944 годов поляки в значительной мере пополняли ряды советских партизан и коммунистической Армии Людовой. Это одно из многочисленных и многообразных следствий Волынской резни поминают в эти дни в Польше те, для кого главным историческим врагом является Россия. Они и в прессе, и даже с трибуны польского Сейма доказывают, что нельзя углублять польско-украинское противостояние в условиях, когда в российско-украинском конфликте Варшава фактически заняла сторону Киева.
Видимо, что-то похожее пытался сказать Навроцкому и Зеленский на их переговорах на полях саммита НАТО в Анкаре. Судя по тому, что известно об этой встрече, его аргументация понимания не нашла. Навроцкий написал в соцсети, что «мы сталкиваемся с общей угрозой – Россией» и что «нашим странам нужны крепкие настроения». Однако на пресс-конференции с Зеленским польский президент все же четко сказал: «Для меня вопросы, касающиеся УПА*, не подлежат обсуждению». Это значит в том числе и то, что Навроцкий и депутаты от его партии «Закон и справедливость» скорее всего будут участвовать в мероприятиях 11 июля, а следовательно, произнесут слова, которые в Киеве очень многим не понравятся.
В сложном положении оказался польский оппонент президента – лидер либеральной партии «Гражданская платформа», премьер-министр Польши Дональд Туск. Он старается приглушить конфликт. Именно Туск, к негодованию значительной части польского общества, объявил, что реакции правительства на решение Зеленского соорудить в Киеве «пантеон героев» не будет. Между тем в пантеоне предполагается упокоить останки Дмитрия Клячкивского – он же Клим Савур, командир УПА*, непосредственный организатор «Кровавого воскресенья». Так в Польше называют 11 июля 1943 года (отсюда и дата Национального дня памяти), когда польские погромы прошли одновременно в десятках населенных пунктов.
Туск оказался в несвойственной для себя роли: если раньше он, конфликтуя со своими консервативными польскими оппонентами, неизменно находил понимание на уровне ЕС, то теперь все происходит наоборот. Европарламент принял 8 июля резолюцию, где содержится осуждение решений Зеленского, направленных на героизацию УПА*. Польский евродепутат Ева Зайончковская-Герник на трибуне законодательного органа ЕС порвала сделанный из бумаги черно-красный флаг украинских националистов и заявила, что будет выступать против евроинтеграции Украины. Таким образом, давление на Туска оказывается с двух сторон: со стороны очень значительной части польского общества, и со стороны Евросоюза.
Теперь вопрос в том, в какие практические действия выльется эта напряженность в отношениях Киева и Варшавы. 11 июля в Польше будут проходить траурные мероприятия по жертвам Волынской резни. А в понедельник, 13 июля, соберутся министры иностранных дел ЕС. Одна из тем, которые они будут обсуждать, – открытие Украине переговорных кластеров. Это набор условий, необходимых для вступления в ЕС. Для России же важно то, отразятся ли польско-украинские споры на принятии 21-го пакета антироссийских санкций ЕС. По некоторым данным, эту тему министры так же планируют обсудить. Военную помощь Киеву, предоставляемую по линии Евросоюза и НАТО, польские власти, по видимому, блокировать не собираются (здесь и премьер, и президент друг с другом солидарны). А вот как-либо модифицировать санкционный пакет (допустим, за счет некоторых послаблений на экспорт из Белоруссии), теоретически, могут. Получится и помощь польской экономике, и предупреждение украинским властям.
