Рецидивисты обходятся бюджету дороже пенсионеров

Большая часть затрат на уголовно-исполнительную систему приходится не на заключенных, а на тюремщиков. Фото Reuters

Согласно докладу Института проблем современного общества, наименее эффективными являются расходы госбюджета на Федеральную службу исполнения наказаний (ФСИН). Финансирование ведомства, несмотря на сокращения, остается на высоком уровне. При этом растет процент рецидивной преступности, а число освобождаемых условно-досрочно сокращается. Это означает, делают вывод эксперты, что либо исправления людей в реальности не происходит, либо ФСИН материально не заинтересована в уменьшении тюремного населения.

Бюджет ФСИН на 2015 год, даже урезанный на 10%, составляет 266 млрд руб., превышая расходы для Минздрава, Минсельхоза, Минпромторга, Минтруда и даже МЧС. Эксперты Института проблем современного общества, доклад которого имеется в распоряжении «НГ», подсчитали, что таким образом затраты государства в расчете на одного осужденного составляют более 400 тыс. руб. в год.

Предполагается, что сюда входят питание, вещевое довольствие, коммунальные расходы, медобслуживание, пособие при освобождении и даже расходы на погребение. Однако «до самих осужденных, в целях гуманизации условий наказания которых и был расширен бюджет, деньги по-прежнему не доходят, большинство бытовых проблем в колониях все еще решается за счет родственников заключенных», – указывается в докладе. Впрочем, как уверили «НГ» правозащитники, на самом деле в России на одного заключенного в день тратится в зависимости от региона около 30 тыс. руб., а это где-то в 50 раз меньше среднеевропейского уровня. Однако в докладе речь идет именно об эффективности затрат.

Например, основной объем расходов ФСИН приходится на содержание личного состава и сопутствующие социальные обязательства – это свыше 70% бюджета. «Штат уголовно-исполнительной системы непомерно раздут. Сокращать его не планируют», – говорится в докладе. Там же отмечается, что общая численность сотрудников ФСИН составляет примерно 325,5 тыс. человек, а в местах лишения свободы содержится порядка 668 тыс. человек. То есть получается один сотрудник на двух заключенных. И хотя в результате последней амнистии на свободу выйдут не менее 60 тыс. человек, никто о сокращениях штата уголовно-исполнительной системы (УИС) не слышал.

Остальные категории расходов невелики, в том числе и на спецконтингент, ведь свое содержание заключенные, как известно, обязаны возмещать самостоятельно. Правозащитники уже неоднократно критиковали это положение Уголовно-исполнительного кодекса (УИК), исходя из которого у работающих осужденных деньги вычитаются из их зарплат. При этом, напомним, размер вычетов не фиксированный, а потому, как правило, люди получают на руки максимум по паре тысяч.

В докладе также отмечено, что за последний десяток лет расходы на ФСИН выросли в шесть раз, но и рецидивная преступность, то есть доля повторно осужденных, увеличилась с 51 до 64%. Все это к тому же сопровождается и сокращением количества освободившихся условно-досрочно. В прошлом году их, например, было менее 60 тыс. человек. «Тот факт, что люди вновь попадают в места лишения свободы, свидетельствует о неэффективности ФСИН с точки зрения выполнения своей основной задачи – исправления преступников, несмотря на огромные финансовые вливания государства в эту систему. Более того, создается впечатление, что ФСИН заинтересована в сохранении максимальной численности осужденных», – утверждают эксперты. Они поясняют – до 2007 года по УДО ежегодно уходило на волю более 120 тыс. человек, а теперь администрации колоний дают все меньше положительных характеристик, от которых и зависят соответствующие решения судов. Как заявлено в докладе, «из этого следует: либо в сроки, предусмотренные для УДО, не достигаются цели исправления осужденных, либо ФСИН России намеренно не рекомендует осужденных к УДО».

Руководитель портала gulagu.net Владимир Осечкин сообщил «НГ», что, по его данным, о повышении собственной финансовой эффективности российская УИС не думает. Именно сейчас в стране началось испытание новой модели исправления осужденных, которая продлится до следующего года. Скажем, в большинстве исправительных учреждений действует отрядная система. Воспитательной работой, подготовкой к освобождению и многими другими вопросами занимается один сотрудник – начальник отряда. В созданных пока еще в нескольких регионах центрах исправления осужденных предусмотрен иной принцип работы. В каждом центре содержатся 220–250 осужденных, а занимаются ими сразу пять ответственных сотрудников: начальник центра, два его заместителя – по воспитательной работе и режиму, психолог и специалист по организации труда. Как считает Осечкин, вряд ли в таких условиях выйдет какая-либо экономия бюджета.