Приговоренные к труду сами откажутся от самоволок

Государство развивает сеть исправительных центров для осужденных к принудительным работам. Фото со страницы Минюста РФ в «ВКонтакте»

Если осужденный на принудительные работы самовольно покинет производственную смену или исправительный центр (ИЦ), то прогульные дни не будут, как сейчас, засчитываться в сроке наказания. Минюстом России подготовлен нормативный акт, который должен урегулировать эту парадоксальную ситуацию, имеющую, судя по всему, и коррупционные основания. Власти в последнее время активно развивали систему ИЦ, но существенная правовая лазейка такие усилия подрывала, как бы поощряя уклонение от обязательного труда.

Принудработы все чаще применяют как альтернативу лишению свободы. Осужденные живут в ИЦ, которые мало похожи на колонии, хотя все-таки охраняются, и обязаны трудиться на определенных производствах. Но случаи «самоволок» показывают, что система пока не отлажена.

Лазейки в законодательстве привели к ситуации, когда осужденные могут покидать место принудительной работы, однако срок наказания при этом продолжает истекать. Вполне возможно, что это происходит в связи с коррупционной составляющей или просто из-за плохой организации. Но фактически это означает, что человек уклоняется от исполнения наказания. Такие факты, которые имеют место быть, естественно, снижают эффективность воспитательной работы, жалуется руководство уголовно-исполнительной системы.

Поэтому Минюст РФ и подготовил проект приказа, ключевым новшеством которого стало предложение «не засчитывать время прогулов в срок отбывания наказания». Администрация ИЦ получит четкий механизм фиксации периодов уклонения от отбывания наказания. Эта инициатива, отмечают в ведомстве Константина Чуйченко, призвана укрепить дисциплину среди приговоренных в принудительному труду, тем самым повысив и эффективность исполнения уголовных наказаний.

Как считает партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Алена Гришкова, это связано с практическими проблемами применения принудительных работ. Государство последовательно расширяет сеть ИЦ и стремится сделать этот вид наказания более предсказуемым с точки зрения исполнения. Она напомнила, что модель принудработ предполагает более мягкий режим по сравнению с лишением свободы: осужденные проживают в ИЦ, работают на предприятиях и фактически находятся в таких условиях, которые приближены к обычной трудовой деятельности. А когда возникают ситуации, что эти осужденные самовольно отсутствуют на рабочем месте или покидают ИЦ, то выясняется, что «действующее регулирование недостаточно четко определяет последствия таких случаев для срока наказания».

Проект приказа Минюста, полагает адвокат, направлен на то, чтобы администрации ИЦ имели в руках механизм реагирования на подобные нарушения режима и могли фиксировать периоды фактического уклонения от отбывания наказания. То есть речь идет «о попытке систематизировать порядок исполнения данного вида наказания в условиях расширения его применения и роста числа осужденных, направляемых на принудительные работы». Говоря о «самоволках», Гришкова пояснила, что поскольку принудработы предполагают обязательное выполнение трудовых обязанностей и соблюдение установленного режима, уклонение от этого и рассматривается как нарушение порядка отбывания наказания.

При этом она заметила, что под самовольным отсутствием необходимо понимать именно отсутствие без уважительных причин, в противном же случае «само понятие «самовольности» утрачивает смысл». Поэтому, по ее мнению, для большей правовой определенности следовало бы прямо оговорить: правило о незачете времени не распространяется на случаи, когда оно было вызвано уважительными обстоятельствами. Это позволило бы «снизить риск чрезмерно формального применения нормы и обеспечить более справедливый подход к оценке конкретных жизненных ситуаций». Но в целом, сказала адвокат, логичная с точки зрения принципов исполнения наказаний норма при ее корректном применении скорее будет выполнять дисциплинирующую функцию, чем создавать дополнительные проблемы.

Управляющий партнер адвокатского бюро AVG Legal Алексей Гавришев подтвердил «НГ», что речь действительно идет о попытке закрыть довольно заметный правовой пробел. Принудительные работы как вид уголовного наказания регулируются ст. 53.1 Уголовного кодекса РФ и гл. 8.1 Уголовно-исполнительного кодекса. Но именно подсчет времени присужденного срока, как оказывается, не урегулирован однозначно. Логика Минюста, подчеркнул адвокат, выглядит довольно прямолинейной, ведь принудработы и задумывались как такое наказание, которое осужденный реально «отрабатывает». Когда же он фактически не работает и не исполняет условия режима, то и возникает вопрос, справедливо ли засчитывать это время в срок наказания.

Однако, напомнил Гавришев, данная проблема вскочила не на пустом месте: осужденные действительно могут самовольно покидать место работы, не выходя на смену или не появляясь в ИЦ по несколько дней. Это очевидный дисбаланс: фактически наказание не исполняется, а юридически срок все равно уменьшается. При этом адвокат обратил внимание «НГ» на важную, по его словам, тонкость: «В правоприменении всегда возникает вопрос о причине отсутствия. Жизненные ситуации бывают разные – болезнь, семейные обстоятельства, чрезвычайные происшествия. Если подход будет чрезмерно формальным, когда любое отсутствие автоматически перестанет засчитываться в срок наказания, то это может породить новые конфликты и жалобы на администрации ИЦ».

Поэтому ключевая задача будущего правоприменения, по мнению Гавришева, – это организация фиксации и оценки случаев уклонения от работы и режима. Если это делается сознательно, то логика незачета дней вполне понятна, но если причины отсутствия объективны и подтверждаются документально, то должна быть возможность это учитывать, дабы избежать чрезмерной жесткости и административного формализма. Потенциальный риск еще и в том, подчеркнул он, что при переходе к более детальному учету времени могут появиться споры о корректности подсчетов. «Это требует прозрачных процедур и возможности обжалования, иначе у осужденных может возникнуть ощущение, что срок наказания начинает зависеть не только от приговора суда, но и от внутренних решений учреждения», – пояснил Гавришев.