Сергей Березин - Возможны ли, хотя бы гипотетически, межнациональные конфликты в Бурятии?
- Думаю, это исключено.
- На чем основана ваша уверенность?
- Давайте оглянемся на тот исторический путь, который народы Бурятии проделали вместе. Коренные народы республики - буряты и эвенки - занимались скотоводством, охотой и рыбалкой. Первые русские поселенцы привнесли землепашество. Столкновения интересов при этом не возникало. Наоборот, шел взаимный обмен хозяйственным и культурным опытом. Край наш суров, жизнь нелегка, и потому испокон веков человек здесь мог выживать только при поддержке другого человека. Отсюда и традиционное гостеприимство, взаимовыручка, душевная открытость, присущие жителям Бурятии. Другая важная составляющая - наши религии. Буддизм, православие, шаманизм всегда отличались веротерпимостью.
Нынешнее время поставило перед республикой много сложных вопросов, связанных с сохранением и развитием самобытной культуры и уникальной языковой среды коренных народов Бурятии, а также с созданием условий для самовыражения многочисленных национальных диаспор. Бурятия сегодня - это не только буряты, эвенки и русские, но и немцы, поляки, евреи, корейцы, азербайджанцы, украинцы, белорусы и представители многих других национальностей. Кстати, недавно у нас в республике побывала видная общественная деятельница из Польши. Ей очень хотелось найти примеры того, что поляки в Бурятии обделены вниманием. Я ей говорю, поезжайте в село Желтура, где воевал тогда еще будущий маршал Константин Рокоссовский. Там есть музей, созданный в его честь местными жителями. Поляков среди них нет, есть русские и буряты. Они действовали не по приказу, а по велению души, в знак глубокого уважения к полководцу, который по национальности был поляком. Она туда съездила, посмотрела и признала мою правоту.
- И что же необходимо сделать, чтобы национальная стабильность стала нормой жизни?
- В республиканском бюджете существует специальная статья расходов "Национальная политика". В последнее десятилетие выработаны цивилизованные и эффективные формы диалога между властью, обществом и представителями конфессий по вопросам межнациональных и межрелигиозных отношений. Проводятся съезды народов Бурятии, работает Ассамблея народов Бурятии, Всебурятская ассоциация развития культуры, создано более 20 национально-культурных центров, при президенте республики действуют советы старейшин, по делам религий, национальностей. Это как раз те механизмы гражданского общества, которые позволяют нам сверять свои действия с общественным мнением, не загонять национальные проблемы вглубь, не замалчивать их, а обсуждать открыто и конструктивно, вырабатывать оптимальные решения и в конечном счете решать.
К примеру, мы несколько лет в Москве добивались признания сойотов как малочисленного народа России. Было множество писем, обращений, обоснований, хождений по кабинетам. В итоге добились.
- В свое время обсуждалась идея объединения Бурятии с Агинским и Усть-Ордынским автономными бурятскими округами. Как вы к этому относитесь?
- Интеграционные процессы идут. Но не в смысле перекроя административно-территориальных границ трех субъектов Федерации. Такое объединение бурятского народа было бы чисто формальным. Все равно Усть-Орда экономически сильнее тяготела бы к Иркутску, а Агинское - к Чите. Сейчас, как мне представляется, акценты расставлены правильно. Создана Межпарламентская ассамблея Бурятии и автономных округов, землячества, успешно работает Всебурятская ассоциация развития культуры, которая является межрегиональной общественной структурой. В феврале этого года в Улан-Удэ прошел III Всебурятский съезд, в котором приняли участие делегаты из Бурятии, Усть-Ордынского и Агинского округов, а также представители бурятских диаспор, проживающих вне автономий. Формируется единое информационное пространство: при содействии Иркутского регионального центра ИТАР-ТАСС уже более года еженедельно выходит в свет бюллетень "Бурятинформ", востребованный средствами массовой информации республики и округов.
- В большинстве республик России главы, как правило, - представители титульной нации. А в Бурятии президент - русский...
- Я глубоко убежден, что президент Бурятии, к какой бы национальности он сам ни принадлежал, должен представлять и защищать в равной степени права и интересы всех жителей республики, к какой бы национальности они ни принадлежали. В прежние времена было хорошее понятие - интернационализм. Так вот, президент обязан быть интернационалистом.
В свое время было много дискуссий на тему национального представительства во власти...
Я считаю, что необходимо соблюдать паритет. Когда в составе Народного хурала Бурятии стало 65 депутатов, долго обсуждались принципы так называемой нарезки округов. Если бы она велась чисто механически, как некоторые настаивали, могло оказаться так, что в парламенте бурятское население было бы представлено незначительным числом депутатов. Споры шли очень жаркие. Мне пришлось выступать и обращаться к русским депутатам Верховного Совета с просьбой понять недопустимость такого противоречивого положения дел. Разве русские чувствовали бы себя нормально в законодательном органе, где почти не представлен бурятский народ?
- Проведенные в конце 2001 года исследования показали, что серьезные проблемы существуют и у русского населения Бурятии. Об этом, в частности, заявили 90% опрошенных социологами экспертов.
- Результаты исследования, о котором вы говорите, стали предметом откровенного и подробного обсуждения в Совете по делам национальностей при президенте республики. Но сам факт существования этнонациональных проблем русских в Бурятии не является открытием. Важно помнить, что русские составляют большинство населения нашей республики, прежде всего ее промышленных центров. Социальные последствия экономического кризиса, сокращения промышленного производства, рабочих мест, особенно в оборонке, тяжким грузом легли на плечи русского населения. Поэтому сейчас первоочередными мерами должны стать усиление социальной помощи населению Бурятии в целом, реализация программ трудоустройства и переподготовки кадров, здорового образа жизни, поддержки семьи, материнства и детства. Нужна научно разработанная концепция национально-культурного развития русского населения полиэтнической Бурятии.
Многое сделано в плане возрождения храмов и приходов Бурятского благочиния Русской Православной Церкви. В частности, возвращен верующим Одигитриевский собор в Улан-Удэ, будет оказана помощь в его реставрации. Мы обсуждали этот вопрос с патриархом Алексием II. В сентябре прошлого года в столице Бурятии был открыт первый в России казачий кадетский корпус.
Мне отрадно, что в ходе упомянутого исследования подавляющее большинство экспертов охарактеризовали межэтнические контакты русского и бурятского населения как дружеские и спокойные.
- Как, на ваш взгляд, правительству удается реализовывать программу становления двуязычия в республике?
- Двуязычие - это сложнейшая проблема. Мы приняли комплекс мер по восстановлению изучения бурятского языка в школах. Он преподается, но, видимо, еще недостаточно полно. Официальное делопроизводство ведется на двух языках. Бурятская государственная телерадиокомпания значительную часть своего эфирного времени вещает на бурятском языке, а также на эвенкийском. Но устную бурятскую речь, особенно в столице республики, в повседневном общении между людьми, к сожалению, услышишь не часто. Когда эта ситуация изменится, я даже не берусь прогнозировать. Ведь очень многое зависит не от государственной политики в этой области, а от воспитания в семьях. Надо, видимо, учитывать и то, что русский язык является средством межнационального общения, в этом качестве сфера его применения объективно шире.
- Вы согласны с мнением, что президент Бурятии или политик, претендующий на эту должность, обязательно должен владеть бурятским языком?
- Я считаю, что эта проблема не столько законодательная, сколько нравственно-этическая. Владение языком коренного народа - это один из показателей добросовестности политика, занимающего или претендующего на высшую должность в любой национальной республике.
- Когда вы участвовали в выборах президента Бурятии в 1994 году и 1998-м, вас "экзаменовали" на знание бурятского языка?
- По-моему, это ни у кого не вызывает сомнений. Я часто общаюсь с людьми на бурятском языке, особенно во время поездок по республике. Все знают, что я вырос в бурятской среде. Во время войны мой отец и дядя ушли на фронт, мать осталась с тремя детьми на руках на северном прииске, где даже картошка не растет. Спасаясь от голода, мы перешли через горный хребет в плодородную долину, в бурятское село Аргада. Местные жители помогали нам всю зиму молоком и мясом, а когда настало лето, дали коз, участок земли, где мы посадили картошку. Так выжили.
- На годы вашего президентства в Бурятии пришелся пик экономической депрессии и социальных потрясений. Как вы сами оцениваете прошедший период?
- Это было очень сложное время, особенно середина 90-х годов. Забастовки, голодовки, пикеты┘ Всеобщая неуверенность в завтрашнем дне, непредсказуемость российской политики┘
Применительно к Бурятии я бы разделил прошедший период на несколько этапов. Первый - становление системы государственной власти в республике, выработка подходов к управлению экономикой и социальной сферой, создание механизмов преодоления кризиса. Мы определились по большинству ключевых вопросов, связанных с разграничением функций между различными ветвями и уровнями власти в республике. Была принята Федеральная программа социально-экономического развития Бурятии, сформирован бюджет развития.
На втором этапе удалось добиться экономической и социальной стабилизации: началось погашение долгов работникам бюджетной сферы, пенсионерам, увеличился объем государственных инвестиций в экономику республики, поступлений в бюджет, стали возрождаться прежние и открываться новые производства.
А в 1999 году наступил третий этап - Бурятия вошла в режим роста экономики. По итогам 2001 года Бурятия лидировала среди сибирских регионов по темпам роста промышленного производства.
- И тем не менее недавно в самом центре Улан-Удэ мне довелось увидеть надпись: "Потапов, дай нам работу!"
- Почему Потапов должен дать, Путин или кто-то еще? Государство должно стимулировать создание рабочих мест, а не за руку на эти места приводить. Я считаю, кто может, хочет и любит работать, для тех найти работу сегодня - это не проблема. Конечно, много людей, которые когда-то были твердо и прочно защищены государством, оказались на долгое время без работы┘ Люди надломились, потеряли себя. Но сейчас в промышленности республики идет экономический рост. А без людей он невозможен. В целом же по республике, согласно статистике, в 2001 году число вакансий увеличилось в 9 раз.
Есть другая проблема: не на все профессии спрос растет равномерно. Многие квалифицированные специалисты ищут работу, которая бы соответствовала их социальному статусу и образованию. Ни на что другое не соглашаются. Я к ним отношусь с пониманием, ведь работа - это не только способ заработать на жизнь, но и основная форма самовыражения человека. Понятно, что хочется работать там, где были бы и полностью востребованы все профессиональные качества, и оплата была бы соответствующей, и труд был бы в радость.
- Как, на ваш взгляд, влияет на развитие регионов создание федеральных округов?
- Мне непонятен принцип их нарезки. Конечно, мы не знаем всех задумок президента России, всех его планов, но думаю, что административно-территориальное деление могло бы быть более совершенным. Екатерина Великая создала порядка 40 губерний, и они просуществовали 150 лет вплоть до революции 1917 года. Потом наряду с административно-территориальными районами были созданы еще и экономические районы. В Союзе их было, например, 19, а в России - 13. Сибирь, как мы помним, делилась на Западно-Сибирский и Восточно-Сибирский экономические районы. В рамках этих крупных экономических районов и шло планирование.
В целом, я "за" федеральные округа. И считаю, что в будущем они могут стать мощными локомотивами социально-экономического развития России. Но думаю, что они все-таки должны быть более дробными и отражать экономическую специфику территорий. Основная задача федеральных округов должна состоять в том, чтобы сгладить резкую разницу в уровне социально-экономического развития регионов. А для этого у каждого округа должны быть все атрибуты и все функции государственного управления, в том числе и бюджет. В том виде, в каком они сейчас существуют, вряд ли удастся достичь желаемого результата. Есть, конечно, возможность осуществлять какие-то контрольные и надзорные функции, проводить консультативные и совещательные мероприятия. Но не более┘
Дарья Гармоненко 
