Владимир Семенов
Баррозу, Меркель, Путин: интеграция загадочной русской души.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)
Все 2000-е годы противоречия и парадоксы глобализации буквально пронизывали российскую жизнь. Не будет преувеличением сказать, что проблематика отношений с глобальным пространством стала брендом эпохи Путина как президента.
«Энергетическая сверхдержава», вступление в ВТО, «суверенная демократия», полная конвертируемость рубля, борьба с международным терроризмом, «дело «ЮКОСа», председательство в «восьмерке», создание госкорпораций – все это части истории притяжения к открытому миру и отталкивания от него.
Можно по-разному относиться к политике Путина в целом и к каждому из ее аспектов в отдельности, но предложенное выше их позиционирование делает такую политику безусловно актуальной, не периферийной, не провинциальной. Как раз поэтому в мире нет нейтрального отношения к Путину: ему либо искренне сочувствуют, либо люто его ненавидят.
Подобный ракурс позволяет также увидеть, что глобализация всеохватна не только в географическом плане, но и по набору сфер жизни, знаний, эмоций, ею затрагиваемых. Действительно – глобальна во всех измерениях.
И если представлять наиболее лелеемые пропагандистами итоги президентства Путина – рост благосостояния граждан, «восстановление государственности», «укрепление международных позиций России» – не описательно, не в перечислении, а через некоторое интегральное осмысление, то они могли бы выглядеть следующим образом: Путин пытался ввести Россию в открытый мир, но не в качестве объекта, а в качестве субъекта глобализации. Вход в мир – единственный путь к устойчивому росту благосостояния. С субъектностью связана суверенность и влиятельность.
Эта формула чрезвычайно притягательна. Но неочевидно, возможно ли достижение этой цели в принципе.
Можно сказать, что исполнимость всего притягательного неочевидна, и на том успокоиться. Но здесь речь идет о рисках для страны. И если бы такая политика осуществлялась в 90-х годах, благополучных для мира в целом, то мы были бы вынуждены признать риски неоправданными. Сегодня, в эпоху резко возросших террористических угроз, при четко обозначившемся дефиците энергоресурсов в мире и потенциальной нестабильности, связанной с перспективами климатических изменений, ответственная власть вынуждена чаще задумываться о проблемах суверенного существования страны. Главное, чтобы подобные размышления не уводили от решения стратегической задачи обеспечения конкурентоспособности национальной экономики. Именно такова логическая последовательность и расстановка приоритетов. Без конкурентоспособности все остальное не сможет быть достигнуто. И даже сам суверенитет окажется написанным вилами на воде.
