Андрей Ваганов В Красноярске прошла 12-я международная конференция-выставка «Алюминий Сибири» – одна из самых представительных в области алюминиевой промышленности. Организованная компанией РУСАЛ, она собрала почти 500 специалистов, представлявших 54 компании из 18 стран, в том числе 335 участников – представителей алюминиевой отрасли России и СНГ. В рамках конференции состоялся круглый стол «Переход отраслевой науки из сферы ответственности государства в сферу ответственности корпоративного сектора – проблемы и возможности».
В том, что именно на специализированной промышленной конференции обсуждались проблемы развития науки, нет ничего удивительного. Как заметил в своем докладе председатель оргкомитета конференции, профессор Государственного университета цветных металлов и золота (г. Красноярск) Петр Поляков, «сегодня при разработке алюминиевых электролизеров используются даже нейронные модели». Мало того, по мнению профессора Полякова, к изучению процессов, происходящих в алюминиевых электролизерах, «можно и необходимо привлекать методы нелинейной термодинамики, медицины, биологии, психологии, педагогики, философии и даже теологии».
Не берусь судить, насколько психология, философия и теология могут оказаться полезными конструкторам электролизеров и материаловедам. Но вот при обсуждении перспектив развития российской науки и ее практического взаимодействия с бизнесом, наиболее перспективных направлений такого альянса, влияния на такое сотрудничество интеграционных процессов (глобализация бизнеса, вступление в ВТО), – именно эти вопросы обсуждались на круглом столе в Красноярске, – знания основ перечисленных предметов могут оказаться нелишними.
Итак, какова должна быть логика поведения бизнеса, чтобы соединить бизнес с наукой?
«Взаимодействие науки и бизнеса у нас сейчас в стране находится на уровне пещерного общества, – считает Виктор Манн, заместитель генерального директора «Русской инжинированной компании». – Наука – это риск; один из десяти проектов оказывается удачным. Поэтому прежде всего сам бизнес должен быть устойчивым». Тот же РУСАЛ, имеющий мощную по российским меркам корпоративную науку (специализированные подразделения компании – Всероссийский алюминиево-магниевый институт (ВАМИ) и Инженерно-технологический центр), тратит 20 млн. долларов в год на научные изыскания. «Это копейки по сравнению с тем, что делают зарубежные корпорации», – подчеркнул Николай Довженко, проректор Государственного университета цветных металлов и золота (г. Красноярск).
В принципе все это достаточно известные факты. Наука, и отраслевая (прикладная, корпоративная), и фундаментальная, зачастую вполне обоснованно высказывает свои претензии к крупному бизнесу: отсутствует спрос на результаты научных исследований, бизнес, мол, заинтересован только в мгновенной отдаче от вложенных средств и т.п. Но вот что действительно было неожиданно, так это наконец-то услышать, чего именно большой бизнес ждет от большой науки.
«Нужно, чтобы изменилось отношение высшей школы и науки к бизнесу, – заявил в своем выступлении на круглом столе Алексей Клешко, депутат Законодательного собрания Красноярского края, председатель постоянной комиссии. – Наука и высшая школа должны быть прозрачны. Сегодня эти системы абсолютно непрозрачны. Пока никто не говорит о прозрачности со второй стороны, со стороны науки и высшей школы. Бизнес цивилизовался, а наука осталась в прежнем времени». Так, Алексей Клешко считает, что «бизнес готов вкладываться <в финансирование исследований в высшей школе>, но при условии качественной подготовки кадров».
Согласитесь, не часто услышишь такой поворот разговора: бизнес спрашивает с науки┘ Но, видимо, критическая масса претензий и здесь накапливается все быстрее. Симптоматично, что и другие участники круглого стола отметили эту смену акцентов в диалоге бизнеса и науки.
«Необходимо повысить транспарентность управления собственности в фундаментальной науке, – подчеркнула Ксения Юдаева, научный руководитель Центра стратегических разработок. – Например, попробовать систему попечительских советов в управлении собственностью научных учреждений. Приоритетное направление реформирования фундаментальной науки – создание новых финансовых и институциональных условий. Другое важное направление реформирования – усиление вклада фундаментальной науки в формирование эффективной системы подготовки кадров». В качестве одного из возможных сценариев участия бизнеса в фундаментальных разработках Ксения Юдаева привела пример фонда, созданного Биллом Гейтсом, для разработки лекарства против СПИДа.
В качестве сухого остатка. Участники круглого стола, кажется, согласились с мнением, высказанным ректором Государственного университета цветных металлов и золота Валерием Кравцовым: «Наука в России должна быть едина: вузовская и академическая. Рано или поздно она сконцентрируется вокруг национальных университетов, все остальное уйдет в бизнес, в корпоративные университеты». Кстати, увеличение времени, потраченного на образование, на один год приносит 1,5% прироста национального продукта в развитых странах.
Красноярск–Москва
