Андрей Ваганов В середине июня на Белое море отправляется очередная экспедиция ученых Института океанологии им. Ширшова РАН. Основная цель – продолжение изучения и мониторинг численности и соотношения полов очень интересного и в своем роде уникального морского млекопитающего – белухи.
Немного сведений из зоологической систематики. Большой отряд китообразных делится на усатых и зубатых китов. Белуха относится к зубатым, образуя самостоятельный род и вид – Delphinapterus leucas (или, буквальный перевод с латыни – «белый дельфин без спинного плавника»). И действительно, их трудно не заметить, если вы оказываетесь в Арктике. На фоне сероватого моря зрелище белоснежного крупного животного – белуха может достигать в длину 5–6 метров и веса до двух тонн – впечатляет! При этом белуха – самый многочисленный вид арктических дельфинов. Однако загадки исследователям эти животные преподносят регулярно.
«Мы стали заниматься изучением белухи на Белом море в 1978 году, – рассказывает доктор биологических наук Всеволод Белькович, руководитель Лаборатории поведения и биоакустики морских млекопитающих Института океанологии. – Оказалось, что белуха там всегда есть. Прозрачность воды в Белом море – 2–3 метра. Белухе спрятаться ничего не стоит. Животное может находиться под водой до 20 минут. Дело доходило до того, что под Архангельском мы обнаружили стаю белух, о которой помнили только старики – местные жители, а современные ученые даже не догадывались. Мало того, нам удалось установить, что в Белом море восемь районов летнего обитания белух. Причем там находятся только самки с детенышами, никаких «мужиков». Белое море, все, – родильный дом для белух».
Одна из важнейших функций этих родильных домов (локальных стад) не только в том, чтобы родить. Но еще и социализация: все белухи лично знакомы в этом стаде. Знакомы визуально и акустически. Они приветствуют своих и игнорируют чужих.
Вообще надо сказать, что российский ареал белух – самый большой в мире. Охотское море – три популяции, каждая – 10–15 тыс. особей. На Чукотке, Анадырский залив – популяция в 10–15 тыс. голов. Море Лаптевых, Карское море – здесь обитает классическая белуха, которую описал еще Лаплас (кстати, он и дал ей латинское название – leucas, то есть «белая»); Баренцево и Белое моря – 18–20 тыс. Считается, что суммарная численность популяции российских белух – под 100 тыс. особей.
Детеныши рождаются коричневого цвета, но буквально на глазах чернеют: пигмент, заложенный в нижних слоях кожи, по мере роста двигается кверху. Больше этот пигмент не образуется. Взрослея, зверь «выцветает», черный пигмент слущивается вместе со слоями кожи. (Группе исследователей под руководством Бельковича впервые в мире удалось сделать подводную съемку беломорских белух. Оказалось, что они принимают подводные песочные ванны. Эта своеобразная пескоструйка помогает животным избавляться от старой кожи.) В итоге взрослая белуха – абсолютно белая. Кстати, толщина эпидермиса у этого животного очень солидная – 7 мм, а на груди, подбородке и верхней челюсти – до 11 мм.
Максимально известный документально зафиксированный возраст белухи – 43 года. Но, по всей вероятности, это не предел.
Отдельные, скороспелые особи женского пола начинают размножаться уже в 2–3 года. Но обычно – в 4–5 лет. Репродуктивный период особенно активен до 20 лет. За это время самка может принести до 12 детенышей. Дети рождаются очень крупными – до полутора метров в длину, треть матери! «Растет, как царь Гвидон, – шутит Белькович, – прибавляя в весе по 250 граммов в день. Причем требует своей порции по пять раз в час». Ничего удивительного: жирность материнского молока белух – 42%. Удивительно другое – как самка кормит этим продуктом свое чадо: она буквально вспрыскивает молоко, которое принимает в воде форму шариков; детеныш раскрывает рот, создается разрежение и молочный шарик влетает в рот. Почти космические технологии┘
Но исследования, которыми руководит Всеволод Белькович, неожиданно выявили и весьма сложное социальное устройство популяций белухи. Например, такое.
«По желтым телам в яичниках можно точно установить, сколько раз белуха-самка рожала, – поясняет Всеволод Белькович. – Оказалось, что это не автомат для родов. Для одной особи норма – 12 детенышей до 20 лет; у другой – за 12 лет всего-навсего – два детеныша. Явно социальные роли: «не повезло в любви» или «не хочу детей».
Выяснилось также, что численность популяции белухи в Белом море находится в динамическом равновесии: каждый год появляется 20–25 новых щенков. Приплод примерно соответствует убытию. Популяция не увеличивается. Но как, за счет каких механизмов удается достичь такого равновесия?
Оказалось, что большую роль в этом играет┘ своеобразный матриархат в популяции белух. Впервые российскими учеными из Института океанологии РАН было показано, что фундаментальная особенность этого вида – сезонное (летнее) разделение популяции на оседлые (локальные) стада самок с детенышами разного возраста и мигрирующие стада самцов примерно равной численности. А всего в Белом море около 2500 белух, а не 10-15 тысяч, как считалось раньше. Причем, в Баренцевом море до сих пор никто не сумел обнаружить мест размножения белух - там они кормятся и зимуют. Значит, Белое море - единственный родильный дом для всех белух европейской части Арктики.
«Вторая часть популяции, самцы, где-то шляются, – не без иронии замечает Всеволод Белькович. – Они приходят в Белое море подкормиться, спариться. Таким образом, каждое стадо по материнской линии – это близкородственные особи. То есть это матриархальное стадо. Самцы вносят некое разнообразие, чтобы не было вырождения. Они – из других популяций, из других районов».
Мигрирующие стада самцов регулярно заходят в Белое море вдоль Терского берега. Эта «дорога самцов» у острова Сосновец разветвляется на западную и южную, по которым они уже более мелкими группами идут к Соловкам, в Онежский и Двинской заливы. Причем это место, куда самки приглашают самцов: «То есть это ток не петухов, а ток самок; самцы знают, куда надо идти». (В отличие от усатых китов, чей голос раздается на 200 километров в море.)
Может быть, один из главных выводов, к которому приходят ученые, – белухи не имеют одного шаблона поведения, они очень пластично вписываются в окружающие условия. Пространственная изоляция мест летнего обитания, социальная и структурная обособленность локальных материнских стад обеспечивают гетерогенность всей популяции. А это, в свою очередь, – важнейший механизм ее стабильности и механизм поддержания биоразнообразия региональной экосистемы.
«Успешно взаимодействовать со стадом могут небольшие группы белух – 3–5 особей, – продолжает профессор Белькович. – А ведь бывает, что самцы идут колонной – десятки и сотни особей! Это вызывает дикий испуг. Белухи-самки от такой шайки в испуге прячутся!» Впрочем, достается не только пугливым самкам.
Всеволод Михайлович рассказывает такой случай из своих наблюдений: «Активный серый самец (то есть еще молодой) лупил всех старых самцов. Не было спасу от этого хулигана. Тогда два «ветерана» скооперировались и отдубасили его».
Сегодня промысловой ценности белухи не имеют. (Существуют, правда, небольшие лимиты для коренных народов Чукотки.) Но угроза их существованию вполне реальная. И связана она┘ с глобальным потеплением. Правда, опосредованно. Дело в том, что само по себе потепление белухам не страшно – это животные с отличной терморегуляцией, они хорошо себя чувствуют и в Белом море, и в Красном. Но потепление означает отсутствие льда, круглогодичную навигацию – это все дополнительные угрозы популяциям белухи.
«Белухи уходят от берега, и нарушается весь ритуал размножения, – подчеркивает Всеволод Белькович. – И можно никого не промышлять, можно только регулярно их пугать в этих местах – и популяция исчезнет. Так уже произошло в Гудзоновом заливе».
Между тем по решению Международной конференции по мониторингу потепления Арктики (Валенсия, март 2007 года) два вида морских млекопитающих (белуха и нерпа) получили международный статус видов-«биоиндикаторов». Многолетние ряды наблюдений Института океанологии РАН за структурой популяции белух Белого моря признаны базовыми для понимания влияния потепления на экосистему, и рекомендовано продолжение этих работ.
В общем, белухи ждут. А память у них – замечательная.
