0
3436
Газета Наука Печатная версия

22.06.2011 00:00:00

Стратегический ультрахолод

Тэги: физика


физика

Андрей Турлапов закончил в 1996 году факультет «Высшая школа общей и прикладной физики» Нижегородского государственного университета им. Н.И.Лобачевского, уехал в США и в 2003-м защитил диссертацию по физике в Нью-Йоркском университете. До декабря 2006 года работал научным сотрудником в американском Университете имени Дюка. Затем вернулся в Нижний Новгород, где работает в должности ведущего научного сотрудника Института прикладной физики (ИПФ) РАН. Сейчас Андрей Турлапов – один из ведущих в мире специалистов в области экспериментальной физики ультрахолодных ферми-систем. С Андреем ТУРЛАПОВЫМ беседует физик и популяризатор науки Борис БУЛЮБАШ.

– Андрей, процедура подтверждения в России степени Ph.D., которую вы получили в Нью-Йоркском университете, была сложной?

– Нет, очень простой. Я перевел свою диссертацию на русский, послал ее в ВАК, и ВАК мне сообщил, что она соответствует кандидатской диссертации в России.

– Вы ведете занятия на факультете Нижегородского университета «Высшая школа общей и прикладной физики». И когда работали в Нью-Йоркском университете и Университете Дюка, тоже принимали участие в учебном процессе. Традиционный вопрос: уровень наших студентов сильно отличается от уровня американских?

– По теоретической подготовке студенты не отличаются от студентов ведущих американских университетов, а вот их подготовка в области экспериментальной физики отстает. Азы экспериментальной физики американские студенты постигают в каникулы, работая ассистентами в научных лабораториях, часто бесплатно. У наших студентов такое проведение каникул почему-то непопулярно.

– Я обнаружил в Интернете программу одного из учебных курсов Нью-Йоркского университета с красивым названием «Вселенная Эйнштейна»; в этой программе вы упоминаетесь как один из преподавателей. Расскажите об этом курсе подробнее.

– Речь идет о семестровом курсе в Нью-Йоркском университете, в рамках которого я проводил лабораторные занятия. Этот курс знакомил студентов гуманитарных специальностей с современными концепциями физики. За один семестр им рассказывали все, начиная с механики и заканчивая разделами физики, появившимися уже в начале XX века. Про релятивистскую физику и про квантовую механику рассказывали, естественно, очень описательно. Формулы использовали, но только самые тривиальные: законы Ньютона, закон всемирного тяготения, E = mc2...

– И много студентов выбрало этот курс?

– Достаточно много, около 300 человек. В лаборатории группы насчитывали около 20 человек. На некоторых занятиях студенты выполняли лабораторные работы и проводили измерения, а иногда мы просто знакомили их с важными физическими эффектами. Например, демонстрировали принцип устройства световодов: запускали лазерный луч в струю воды, которая изгибается в поле тяготения, и показывали, что луч из струи не выходит. В целом же курс старались сделать максимально количественным, с опорой на формулы, решали простые задачки – чтобы они эти формулы понимали. Этот курс я преподавал не меньше трех семестров, и число выбиравших его студентов всегда было достаточно большим.

– Ваши статьи, написанные уже после возвращения в Россию, заканчиваются – как это и принято – благодарностями различным научным фондам и программам за поддержку вашей работы. Все фонды и программы имеют российское происхождение┘ В то время как ваша известность в американском экспертном сообществе позволяет, казалось бы, достаточно легко привлечь для финансирования исследований и американские гранты.

– Сразу после того, как я вернулся в Россию и начал работать в ИПФ РАН, я отправил заявку в один из американских фондов. Мне пришел отказ. В соответствии с американскими традициями мне прислали отзывы рецензентов. Один из рецензентов писал, что для России данное направление исследований (физика ультрахолодных атомов) имеет стратегическое значение. Не поддерживать такую заявку – вполне разумно для иностранного фонда.

– И с тех пор вы не подавали заявки на американские гранты?

– Не подавал. Не то чтобы специально, но так сложилось┘

– Как вы относитесь к распространению оценок научной активности с помощью количественных показателей – индекса Хирша и индекса цитирования?

– Про существование индекса Хирша (наукометрический показатель, предложенный в 2005 году американским физиком Хорхе Хиршем; является количественной характеристикой продуктивности ученого, основанной на количестве его публикаций и количестве цитирования этих публикаций. – «НГ») я впервые узнал в России; в США я про него вообще никогда не слышал. В Америке широко используется индекс цитирования и информация о том, в каком именно журнале напечатана ваша статья. В целом же я к количественным показателям отношусь положительно.

Действительно, в идеальной ситуации, когда руководитель большого научного коллектива или научный чиновник ориентируется во всех подконтрольных ему научных направлениях, никакие количественные показатели не были бы нужны. Такой руководитель и без них поймет, кого стоит поддерживать, а кого не стоит. Но найти такого человека весьма тяжело не только в России, но и в других странах. В реальной же ситуации количественные критерии могут руководителю оказать существенную помощь. Они, конечно же, не идеальны, но все же наличие таких критериев лучше, чем их отсутствие.

– А у вас какой индекс Хирша и индекс цитирования?

– Хирш – 11, а индекс цитирования чуть больше тысячи.

– В физике ультрахолодных ферми-атомов эксперименты пока обгоняют теорию?

– В общем, да. Регулярно появляются экспериментальные результаты, в отношении которых теоретическое описание отсутствует. Каждый новый эксперимент стимулирует теоретиков┘ Работать в такой ситуации, когда ваши результаты востребованы, всегда интересно.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Президент возвращает "Единую Россию" во времена парткомов

Президент возвращает "Единую Россию" во времена парткомов

Дарья Гармоненко

Иван Родин

Правящую политструктуру переключили с электоральных чудес на ежедневную управленческую работу

0
149
Законы о QR-кодах готовят к первому чтению

Законы о QR-кодах готовят к первому чтению

Иван Родин

За правительственную инициативу Госдума проголосует условно

0
214
Минюст исправит ситуацию в адвокатуре

Минюст исправит ситуацию в адвокатуре

Екатерина Трифонова

Требования к статусу, деятельности и поведению защитников хотят ужесточить

0
210
3 миллиона россиян перестали быть бедными

3 миллиона россиян перестали быть бедными

Ольга Соловьева

Росстат смог статистически затормозить обнищание населения

0
247

Другие новости

Загрузка...