Бело-красная Польша

С весны до осени велопрокат в столице Польши удобнее и дешевле общественного транспорта.

Сотни, тысячи машин, мотоциклов, велосипедов и просто пешеходов с развевающимися бело-красными национальными флагами стали приметой Варшавы, как и всей Польши, в дни Евро-2016. Накануне игры с Португалией вообще могло показаться, что в Польше государственный праздник – красный с белым доминировали в польской столице, притом что и в прочее время национальная символика здесь в почете и в туристических местах, и в обычных кварталах. В этих цветах продают футболки и бумажные шляпы, вымпелы и флажки.

В Старом городе, как всегда летом, много музыки. Слух ловит причудливые переплетения: длинноволосые люди с гитарами перепевают рок-хиты, в 100 метрах другие длинноволосые люди поют фолк, дальше из установки с усилителем звучит Шопен, дальше – черноволосый смуглый цыганского вида мальчонка лет пяти играет на маленькой гармошке старинные вальсы, из каждого кафе доносится своя музыка. Часто говорят, что Старый город Варшавы – не настоящий Старый город, а послевоенный «новодел». И что вообще по архитектуре польская столица хаотична, с нелепыми контрастами, то ли дело Гданьск или Краков. А тут и сталинский ампир, и громады из стекла и бетона, и пластиковые яркие козырьки станций метро, и знаменитая огромная искусственная пальма на Рондо де Голля.

Оставим в стороне вечный спор об аутентичности зданий на старых улочках (подробное описание можно найти в любом путеводителе). Если ты не просто турист в Варшаве, а связан с ней работой, или учебой, или друзьями-родней, то есть большая опасность: Варшава в каждый твой приезд мгновенно втянет в себя со всеми своими красотами и странностями, и будет непонятно, как из нее уезжать куда-то. Студенты из ближних стран осваиваются здесь легко. Кстати, коммуникация с русскоязычными гостями, во многом державшаяся прежде на пожилых людях, учивших русский в школе, сейчас часто осуществляется за счет молодого поколения – белорусских и украинских студентов. Они подрабатывают в ресторанчиках, магазинах и хостелах.

Студенту с его вечной нехваткой денег в Варшаве хорошо. В Польше вообще не стыдно экономить и выискивать то, что тебе нужно, подешевле. Мы сидим в пиццерии в центре Варшавы. Официантка с абсолютным пониманием ждет, пока наша разнонациональная компания вычислит наиболее бюджетный вариант в свете акций и скидок. Когда выясняется, что лучше всего заказать «дужу пиццу» и при этом каждая кружка пива получится на злотый дешевле, молодой человек, платно изучающий международные отношения, спрашивает у нас, можно ли ему не участвовать в пицце, а только выпить пива. И достает из рюкзачка пластиковый контейнер с овощным салатом – так называемую «ссобойку» (белорусское и украинское слово, означающее взятый из дома перекус на занятия или в офис). И рассказывает: «Сначала я решил: зачем в заведениях брать салат дорого, если в супермаркете контейнер стоит три злотых? А потом подумал: зачем покупать в супермаркете салат за три злотых, если кочан капусты стоит полтора за кило? Что я, сам себе капусты не терке не натру?»

Российскому гостю, задерживающемуся в Варшаве, лучше не иметь вредной привычки курить. Уже несколько лет норма ввоза табачных изделий в Польшу (как и в страны Балтии) – две пачки, а цены на сигареты здесь выше, чем в РФ или Белоруссии. Польские таможенники пресекают попытки провозить лишний табак, контрабандисты становятся все изобретательнее, криминальные сводки полны историями о конфискациях из автомобилей сотен блоков сигарет (порой даже непонятно, как они могли туда поместиться – но все равно это мелочь по сравнению с легендой о набитом сигаретами поезде, исчезнувшем с путей в неизвестном направлении). Но даже самый законопослушный курильщик все равно – курильщик. И если он небогат и непривередлив, ему поможет знание польского языка. В этом случае служащий в гостинице, или таксист, или бармен объяснит: нужно дойти до такого супермаркета. За ним будет такая будка. В будке будет сидеть такой пан. У него надо спросить. Он продаст сигареты, но без пачки, а в полиэтиленовом пакете. Зато 20 штук по 5 злотых (чуть больше 1 евро), а не по 12. Так и оказывается. На сигаретах не написано вообще ничего. Откуда их берут, остается догадываться. Но курить можно.

Польский язык довольно легко воспринимается любым славянским ухом – многие приехавшие в Варшаву за счастьем молодые жители соседних стран за четыре-пять месяцев осваивают его в объеме, достаточном не только для работы в МакДоналдсе. Но у наших соотечественников неоднократно доводилось замечать некоторый ступор при столкновении с польским. А ведь когда на вопрос «Как пройти?» объясняют, что «цалы час просто», это не значит, что над тобой издеваются и обещают путь на час. Это всего лишь означает «все время прямо». Если вы художник и, переводя с русского ваш спич, упоминают «малярство» – это не оскорбляют ваш талант, а просто имеют в виду изобразительное искусство. А «папиросы» – это как раз любые сигареты, а не нечто вроде «Беломора».

В Варшаве на каждом шагу видишь, что было сделано накануне прошлого чемпионата Европы – новая станция метро, новая развязка, обновленный городской транспорт. Некоторые уголки на берегу Вислы, куда без привычки было лучше не соваться в темное время суток, облагорожены и освещены. Помню, как переезжала из четырех звезд в дешевый отельчик в таком темном месте, облюбованный восточноевропейскими «челноками», – командировка закончилась, а два дня в Варшаве еще оставались. И оставила на заднем сиденье такси фотоаппарат. Он не был очень дорогим, но пожилая, в бигудях и халате, хозяйка гостиницы приняла близко к сердцу мою потерю и начала звонить сначала в мои бывшие «звезды», затем нашла компанию, от которой портье вызывал такси. Через два часа приехало такси и привезло фотоаппарат, но… другой. Раз в пять более дорогой и навороченный. Как выяснилось, некая другая рассеянная иностранная пани примерно в то же время выезжала из «Мариотта» и тоже оставила камеру на заднем сиденье. Меня спутали с ней. Честность не позволила воспользоваться ошибкой, так и пропал мой фотоаппаратик на просторах Варшавы, хозяйка в бигудях сокрушалась еще больше меня…

Информационные щиты на улицах Варшавы рассказывают о разных аспектах 25 лет действия договора с объединенной Германией. Фото автора

Здесь многое очень «буднично». Даже караул у президентского дворца стоит в обычной форме, не в парадной. Два парня в камуфляже греются на солнце в вольной позе и улыбаются девушкам. Разумеется, есть торжественные или мемориальные церемонии с почетным караулом и оркестром, когда польские военнослужащие поражают выправкой и лоском. Но в обычный жаркий летний день это незачем.

Мемориальности и торжественности в повседневности, впрочем, хватает. Доски в память Варшавского восстания 1944 года и смоленской авиакатастрофы 2010-го. Стенды с черно-белыми фотографиями Варшавы 1950–1960-х и информационные щиты в честь 25-летия подписания договора между Польшей и Германией. Выбитые на камне цитаты из выступлений Иоанна Павла Второго и репродукции картин Каналетто, XVIII век, – по ним во многом был воссоздан из руин исторический центр Варшавы.

Здесь много собачников и много велосипедистов, при этом нет обычного антагонизма между этими двумя кастами. С весны до осени городской велопрокат часто вообще удобнее и дешевле городского транспорта, а велодорожки и велопереходы везде. Почему-то нет натужности, с которой пытаются внедрять велосипедизацию в российских городах, хотя польских автовладельцев и иных участников дорожного движения сложно заподозрить уж в очень строгой приверженности соблюдению скоростного режима, как и вообще поляков в излишнем почтении к любым «бюрократическим» установлениям.

В маленьких польских городах, как рассказал мне родившийся в Германии и переехавший в Варшаву украинец, «часто многое зависит от того, кто чей брат и кто чей сват. Варшава – столица, и в ней больше свободы для всех. Для любого кошелька, для любой национальности, для любого образа жизни». А еще здесь хорошо петербуржцу – любой случайный собеседник обязательно скажет, что это прекрасный город и много поляков там живет с «давних часув».