0
4317
Газета Стиль жизни Печатная версия

18.03.2020 20:36:00

Венеция тонет в слезах

Интернациональный хор в масках от коронавируса

Роман Михеенков

Об авторе: Роман Валерьевич Михеенков – режиссер, сценарист, писатель.

Тэги: венеция, путешествие, хоровое искусство, коронавирус


10-16-2350.jpg
Гондолы – эти скрипки для передвижения
по венецианской симфонии.
Фото Елены Семеновой
Когда русский нос в самом начале февраля чувствует запах моря, все остальные части русского тела начинают думать, что это как минимум кокаин. А если это тело, промерзшее в сырой московской зиме, переместить в Венецию, в переливающийся ракушками и прочими морскими жителями ресторан на Гранд-канале? Кстати, здесь язык не повернется назвать их гадами! Это в Москве на прилавке они – гады отмороженные, а в Венеции… У любопытного лобстера хочется спросить, как здоровье его тетушки, к перламутру устриц хочется прикладывать ухо, а с нервными креветками как-то неловко говорить о пиве. Однако вернемся к телу или к душе, кому что ближе. Душа начинает жалобно мурлыкать все известные итальянские песни еще в самолете, издевательски медленно снижающемся над Венецианской лагуной. Она забывает о турбулентности, боли в ушах, даже об анекдотах и страшилках про авиакомпании. Che-е-е-е-е-е-е be-е-е-е-еlla co-o-o-o-o-o-sa…

Это создание двух стихий странно называть городом. Абсолютно нелогичное в своей хаотичности совершенство с красками, вытертыми до нежности. Город с полностью отсутствующими прямыми углами, которые, оказывается, так раздражают. Но осознать счастье их отсутствия можно только здесь. Перечислять все, вызывающее восхищение, – наивно, глупо своей бесконечностью… Говорят, что Венеция с каждым годом все больше погружается в воду. Это слезы. Наверное, слишком много русских получили возможность приехать сюда. Я это понял, когда вышел на балкон моей гостиницы у моста Риальто. И заплакал... «O-о-о-о-о-о-о so-o-o-o-ole mio...»

К Венеции невозможно привыкнуть. Каждый приезд, нет, каждый новый день все равно будет знакомством. Даже если ходить одними и теми же маршрутами. Или просто выходить на один и тот же балкон. В этот приезд она удивила меня масками. Не карнавальными, что было бы естественно, а медицинскими. Хотя, учитывая театрально-сказочную природу популярности коронавируса, их вполне можно назвать карнавальными. Не возьмусь обсуждать носителей медицинской атрибутики – у каждого своя степень веры в средства массовой информации, – но Венеция оказалась единственным городом, где обилие масок не раздражает. В Москве и других европейских городах они раздражают, а здесь нет. Или это тот самый карнавал, отмененный из страха перед популярной болезнью? Бог с ним. Главное – что над масками. Над ними глаза, полные восхищения великолепным городом.

В первый вечер, изможденные больше вздохами восхищения, чем преодоленными сотнями мостиков через канальчики, мы пали у подножия моста Риальто. Шустрый официант чудом успел подставить стулья. Захлебывающаяся в эйфории русская душа, воспитанная на водочке с селедочкой и грибочками, издала еще один стон и попросила глинтвейна, который после непродолжительного объяснения на ужасающей смеси английского с итальянским был идентифицирован как «вин-брюле». И немедленно уничтожен. Подошедший официант посмотрел на наши пустые бокалы, перевел взгляд на бирюзовую волну Гранд-канала, вызванную появлением гондолы у наших ног, снова посмотрел на наши бокалы. Его удивление можно было трактовать по-разному: куда вы дели глинтвейн, или – принес ли я им глинтвейн, или – не выпил ли я его по пути... Я расплылся в улыбке свежеоткрытой устрицы и пропел, цинично используя мелодию известной итальянской песни «O sole mio»: «A-а-а-а-nco-o-o-o-ore due...» В смысле, еще парочку. Официант воскрес. Расцвел. И убежал. Следующую парочку глинтвейна нам принесла делегация официантов, напевавших мой плагиат. Набережная, а к официантам присоединились посетители с соседних столиков, оторвала взгляды от Гранд-канала, похожего на кипящий суп с гондолами, и замерла в ожидании нашего следующего заказа. Для полного счастья им хватило бы уже исполненного, но русский человек, лишенный детства музыкальным образованием, решил показать, где зимуют лобстеры. В ход пошла «Santa Lucia» с тем же текстом: «A-аnco-o-ore due...»

Мне еще никогда не аплодировала целая набережная. Туристы с восточным разрезом глаз над медицинскими масками попросили разрешения со мной сфотографироваться. Остальные стали с восхищенным нетерпением ждать, когда же мы допьем очередную порцию глинтвейна. Набережная замерла. Над рестораном имени Девы Марии завалился на спину ленивый венецианский месяц, из-за нимба похожий на утомившегося в праведных делах святого. Как мне объяснили позже, венецианский воздух, не обезображенный присутствием автомобилей, при безоблачном небе, а нам несказанно с этим везло всю неделю, позволяет видеть не только сам месяц, но и весь контур луны, что и вызывает религиозные ассоциации даже без глинтвейна. Было слышно, как стучат гондолы – эти скрипки для передвижения по венецианской симфонии. Они хлопают дном по воде, слегка бьются бортами о вертикально торчащие из воды бревна, к которым их привязывают на ночь. Каждая неповторима, у каждой свое звучание, каждая – произведение искусства, совершенство. Perfetto! Как говорят у нас в Венеции.

10-16-1350.jpg
Абсолютно нелогичное в своей хаотичности
совершенство с красками, вытертыми
до нежности. Фото Елены Семеновой
Мы издевались над набережной у моста Риальто, медленно потягивая глинтвейн и разглядывая гондолы. Как говорили мои друзья, бывавшие в Венеции с детьми, – когда стучат гондолы, спокойно дети спят. Аудитория начала роптать: нетерпеливые покашливания сквозь медицинские маски, взгляды украдкой. Постепенно нетерпение усилилось и приблизилось к точке кипения. В конце концов я сжалился. Взял в руки соломинку из своего бокала, поднял, как дирижерскую палочку, и на еще более зловещей итало-английской смеси предложил посетителям ресторана спеть вместе с нами. В качестве мелодии я счел уместным использовать начало припева песни «Вернись в Сорренто». Публика давно созрела для песен. Большая часть хора пела сквозь маски. Меня это несколько смущало, но предложить их снять не решился. Как бы я ни относился к рекламным игрищам вокруг коронавируса, птичьего или свиного гриппа, носить или не носить маску – личный выбор каждого. А пели здорово. Сложилось впечатление, будто все до единого посетители ресторана закончили как минимум консерваторию. Или в Венеции невозможно плохо петь? Когда тебя окружает совершенство, раскрываются таланты, о которых ты и подозревать не мог. Пришедшего официанта встретил хор: «A-а-а-а-аnco-o-o-o-ore due...»

Сам собой закончился карнавал коронавируса – гости Венеции из моего хора один за другим стали срывать с себя медицинские маски. В этом был легкий оттенок геройства и едва уловимый флер катарсиса. Хоровое искусство победило искусство рекламы на отдельно взятой венецианской набережной. Не могу сказать, что это поразило меня. Но что-то вокруг изменилось. Постепенно исчез элемент страха, нагнетаемый людьми в масках. Даже мне, не верящему в вирус, наблюдать большое количество людей в масках неприятно. Это вызывает тревогу на подсознательном уровне.

Когда закончились итальянские песни, в ход пошли оперы Верди, потом Россини. На набережной образовалось довольно пестрое венецианское братство. Мы дарили розы бабушкам из Чили, провозглашая тосты за Пиночета, болельщиков «Баварии» я научил кричать: «Спартак – чемпион!», инженер из Монреаля с криками «Эврика!» порывался пить из канала через мою дирижерскую трубочку. Мы на всех языках мира рассказывали друг другу о впечатлениях от этого удивительного города, захлебываясь от восхищения. Они понимали меня, я понимал их. Это был язык Венеции. 

Венеция- Москва



Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Выборы на фоне новой волны ковида могут поменять формат

Выборы на фоне новой волны ковида могут поменять формат

Дарья Гармоненко

Регионы, где введено однодневное голосование, могут пересмотреть процедуру волеизъявления

0
1350
Ковидный коллективный иммунитет устремился к нулю...

Ковидный коллективный иммунитет устремился к нулю...

Анастасия Башкатова

Реальные пенсии в России перестали усыхать

0
3332
Станет ли возвращение коронавируса политической проблемой

Станет ли возвращение коронавируса политической проблемой

В обществе и без ковида появилось слишком много стрессовых факторов

0
5332
России грозит эпидемия психических и невротических расстройств

России грозит эпидемия психических и невротических расстройств

Александр Пилипенко

У многих граждан нервы на пределе, отмечают специалисты

0
3103

Другие новости