Не нужно бояться черных котов

Тихий океан живописен в любую погоду. Фото автора

Жителю огромного материка всегда присуще испытывать интерес к устоям и укладу островных городов, особенно когда речь идет о городе Северо-Курильске, расположенном на границе Охотского моря и Тихого океана – России и то ли Аляски, то ли Японии. Дабы утолить наше любопытство и страсть к открытиям новых точек на карте, мы с компанией единомышленников отправились в Севкур, как его называют местные. Город небольшой, чистый, есть даже парк с фонтаном, правда, вместо привычных высоких деревьев – низкорослый ольховник. Дома все не выше двух-трех этажей.

В первый день мы немного погуляли по окрестностям. Сначала был Тихий океан. Черный песок, жидкое стекло волны, темная пограничная скала с четким квадратом дота, который буквально выгрызли в граните корейцы, когда остров Парамушир был еще японским. Затем обзорный холм со смешным названием Дунькин Пуп, плато не хуже столовой горы в Кейптауне. А там – разнотравье, ромашки, ястребинки необыкновенного оранжево-черного цвета. Под нами рыбный завод «Алоид», куда на свалку отходов иногда приходят кормиться медведи. К затопленной рыбачьей шхуне ADEX, прибившейся к нашим берегам, подъехать не смогли: помешал прилив.

Обратно, как говорят местные, «на дом» мы ехали уже вечером. К нам в джип напросились три путешественницы. У них уже закончилась программа, но вертолет на сегодня отменили, и они праздно шатались.

Дом, в котором мы жили, был очень странным. Местные его называют «домом на горе». Он стоит за высоким бетонным забором. Но это еще полбеды, территория тоже забетонирована – ни травинки, ни прутика с листочками, ровное, как по уровню, замощенное пространство. В центре деревянный, из бруса, а на острове такие исполины не растут, домина. Внутри начинен всеми техническими новинками. Огромные телевизоры в каждой комнате, кухню можно использовать для готовки в промышленных масштабах, спальни с застекленными балконами, с которых, правда, можно увидеть только бетонный забор.

Во многих домах Севкура на первых этажах открыты частные лавочки. Так совершенно случайно мы забрели в кондитерскую на один столик, с окнами на улицу Шутова. И на барбершоп, точно такой же, как и в Первопрестольной, с таким же барбером-визажистом в стильном фартуке и на входе с таким же трансовым крутящимся цилиндром-барберполом.

Вид на Севкур с высоты одного из холмов впечатляет.  Фото автора

Немного про еду. Угощение на острове было богатым и деликатесным. Нас непрерывно кормили рыбой – красной, белой, копченой и соленой, жареной, под соусом и без; гребешки валились, как из рога изобилия, просто так ими присыпали яичницу с помидорами и сыром. Супы только рыбные. Про икру молчу, на яхте нам ее подавали в большой миске со столовой ложкой, к блинам, только что испеченным на борту. В конце путешествия нас слезно просили: «Пожалуйта, доешьте икру, пропадет же».

Когда мы вернулись в Севкур после путешествия по островам и пошли на завтрак, где нам опять подали яичницу с гребешками и нарезку из всякой рыбы, мой желудок, отравленный деликатесами и белком, взбунтовался, и я попросила заменить этот дорогой и желанный для многих завтрак кашей. Любой. Островитянка недоуменно вскинула бровь, но принесла тарелку простой геркулесовой каши. С тех пор я не могу смотреть ни на икру, ни на рыбу. Кстати, килограмм укропа в Севкуре стоит около тысячи рублей. Да и овощи дорогие. Поэтому яблоки там так же желанны, как и на пиратском судне «Черная жемчужина».

По городу мы бродили не просто так, мы с нетерпением ждали боя склянок, когда сможем подняться на борт нашей красавицы. Но, когда дело касается морских путешествий, расписания не работают. Мы должны были выйти где-то после обеда. Везде по городу встречались черные птицы и черные коты, которые постоянно переходили мне дорогу. Я насторожилась и занервничала. Но услышала необычное объяснение этому суеверию: бояться этого не стоит. И это не кошка, а просто галочка на повороте пути, чтоб задуматься и сконцентрироваться. «Проверим», – подумала я. И мы пошли обедать.

Наконец белоснежная яхта готова распахнуть свои парусные объятия. Перейдя через старенький тяжеловес «Вятич», мы шумной толпой ступили на борт. Внезапно открылся люк, и оттуда показалась сначала белая фуражка с надписью «Капитан», а затем и он сам, со шкиперской бородкой, загорелый до бронзы и с глазами цвета океана.

Экипаж состоял из трех человек: капитан, механик и помощник Алексей (если надо, залезет на мачту, чтобы поправить парус, у плиты постоит и сочинит кулинарные шедевры, поймает самую большую рыбу в Черном озере, расскажет байки и сопроводит нас по островам). Первый раз мы увидели его, когда он залез в машину, чтобы отвезти нас на побережье Тихого океана.

Мы отчалили. Через 14 часов нас ждал необитаемый остров Онекотан с макушкой вулкана Креницына, окруженного Кольцевым озером. Пока мы видели только фотографии этого чуда края света.

Пройдя часов пять, мы заметили некую суету на судне. Экипаж из трех человек вдруг стал сильно заметен. Они о чем-то шептались, спрыгивали в люк и тут же вылезали из другого. Но мотор жужжал, и яхта шла бодро, но потом что-то в моторе крякнуло, чихнуло, из люка показался капитан: «Амба, девочки, помпа накрылась. Возвращаемся на Парамушир под парусом».

При подходе к Парамуширу ветер стих, парус потрепыхался и сник. Многие из нас уже дремали в каюте. Места для этого было немного. Самые удобные – два диванчика около стола, который окружал основание грот-мачты. Над диванами еще два спальных места, остроумно названные нашим попутчиком «гробиками». Они и правда немного напоминали их, так как к корме сужались, становясь похожими на очень вытянутую трапецию. Рядом – небольшая кухонька, где все было рассовано по полочкам, магнитам и крючкам. Были еще три двери: одна вела в гальюн, вторая – в святая святых, каюту экипажа, и наша, которая вела в комнатку на носу яхты.

А на палубе вместо потолка были черное небо и яркие звезды, волны перекатывались, как спины китов, а вдалеке светились огни марины, порта острова. По правому борту дремал невидимый в ночи героический остров Шумшу. Скоро мы услышали усталое тарахтение мотора нашего буксирчика. «Вятич» не был красавцем, как наша яхта, но был надежным. Мы добрались до нашего странного «дома на горе», и казалось, островная жизнь стала нам гораздо ближе и понятнее, чем до нашего путешествия на остров Парамушир.