Невиновные

Луна как самое далекое из окон. Куклы-бомбы смотрят с лавок, со ступеней, как будто они с Луны. Гости из самого далекого окна. Их оставляет в полнолуние анонимная террористская организация: на бульварах, у светофоров, на мостах и пристанях, перед редакциями, там, где никаких кукол, в общем, не ждут. "А мне жаль этих игрушек, - пишет еще не взрослая девочка в школьном сочинении на страшную тему, - когда я смотрю в магазине на пластиковых девочек, думаю, в кого-то из них вдруг вложат изверги бомбу. Они-то, куклы, сделанные для нас, в чем виновны?"

Но это еще не все. Распространяется новый вид террора под лозунгом: "Мы - это вы!" Устройство приводит в действие кто угодно. Например: доставка в ваш офис. Сувенир от неизвестной компании. Щелкаете присланной в подарок авторучкой - дом за окном складывается, дымит, падает. В парке ребенок дотягивается до телефона, привязанного ярким шнурком к ветке, нажимает - автомобильный мост рушится. Вставит офисный человек диск, нажмет - с ближайшего чердака ракета стартует в банк. Появляются группы реабилитации, состоящие из людей, ни в чем вроде бы не виновных, оправданных государством, но убивших десятки, иногда сотни, таких же невиновных. Там обсуждают все эти вопросы: Почему именно я? Кто меня выбрал на эту роль? Террористы? Но как я с ними связан и кто из моих знакомых с ними? Или это выбрал Бог? Зачем он мне это? Или дьявол? Что я могу сказать, хотя бы мысленно, родственникам погибших? Не будет ли кто-то из них разыскивать меня, чтобы все равно отомстить? И такое прочее┘ Многие взрывы группы "Мы - это вы!" остаются нерасследованными, потому что случайные виновники, "нажиматели" никому не признаются ни в чем или даже не замечают, как привели в действие. С другой стороны, в реабили-группы записывается много людей, которые ни при чем - случайно щелкнули ручкой или новым телевизионным пультом одновременно с катастрофой, экспертиза подтвердила их чистоту, но отделаться от впечатления не могут, на все теперь смотрят, будто это они убили стольких и оставили свою рану в городском пространстве.

Но и этим не кончилось. Что может быть хуже "Дня бомбы", объявленного анонимами по-интернету? Любой лузер, джанки, пижон, социопат, экстремист, обиженный богом, недовольный жизнью и такое прочее изготавливает макет опасного взрывного устройства, как он его себе представляет, и оставляет эту вещь в модном месте или у какого-нибудь известного здания. Переполох в городе: матерящаяся милиция - спецы со сдавленными добела скулами. Робот-обезвреживатель нужен в ста местах сразу, а успевает только в десяти. Большинство клубов закрылось и отменились концерты. К вечеру люди в форме или просто с удостоверениями уже пинают "находки" ногами, а незадачливые дружинники-солдаты тыкают их обычными стальными щупами для мусора. Но в том-то и жуть, что среди поддельных всегда найдется несколько настоящих бомб и выяснить нельзя, то ли враги города воспользовались адским "днем" для своих целей, то ли в изначальном сговоре состоят с выдумщиками-авангардистами, учредившими этот "праздник", прикрывающий убийц. Щуп вылетает из солдатских рук и гнется в полете, обнимаясь с колонной, как капризная модернистская вешалка. Мента бьет огненное и бросает на метры прочь. Путевой ремонтник или магазинный охранник, устало потянувшись к седьмой за сегодня "шутке" - точно таких же, с множеством разноцветно торчащих проводов и тиканьем внутри, было две, поэтому не страшно, - акробатствует в воздухе и лицом ныряет в отцепившуюся люстру подземелья. А то и сам изготовитель невинной "бомбы" заметит чужую - обрадуется, подойдет поближе, дернет за подарочный бант и увидит, что такое Ничего.

С не этого света народоволец-химик пишет письмо невиновному царю о том, чего царь не помнит: "Черная птица взрыва полоснула тебя когтями, оглушила злыми сильными крыльями. Повалился. И не смог уже больше встать. Больно красные борозды глубоки. Так и лежишь - государь, рассчитавшийся за свое государство. Тебе такому, твоему красному петропавловскому камню я присягаю с радостью".