Тиртей Я, товарищи, уж до какого остервенения обожаю наших депутатов, а тут немножко растерялся. Что же теперь – нашим офицерам совсем не разговаривать? Они же взорвутся! А полицейские? Как им теперь якшаться с народонаселением? По-французски, что ли? Ах, мсье, же ву при, вы сегодня налакались вдрабадан и порезали пятерых соседей, так пожалуйте любезно в наш автозак! Нет, так, не ровен час, мы и со всякой оппозиционной паскудой на бизешные сюсюканья перейдем!
Но инициатива у депутатов все равно блестящая. Подталкивающая, скажем так, к изобретательности. Как там сказал питерский мэр Полтавченко в Пушкинском Доме? Не надо, дескать, забывать, что на каждое английское слово можно найти русский аналог. Вот-вот, можно и наоборот предложить, на каждое русское бранное – английский аналог. Зачешется, к примеру, у какого губернатора язык во время совещания, а он возьми и перейди на другой языковой код, мол, факингбич, куда, мазафака, девали бюджет на дороги?!
Или, представим, врач. Резанул в операционной не там, перепутал по рассеянности аппендицит с желчным, всякое бывает, и, вместо того чтобы сволочнуться, деликатненько так произносит что-нибудь вроде: ю, шитэсс, санофзебитч! И медсестрички не фраппированы, и со штрафом не подкопаешься. Прелесть.
Главное, успеть понять, когда ты уже в общественном месте.
