В мире

Минувшая неделя ознаменовалась провалом переговоров по северокорейской ядерной программе и ужесточением санкций против Ирана за аналогичную программу. Россия, вовлеченная в два этих сюжета, неожиданно столкнулась с новыми рисками.

В четверг делегации, участвовавшие в шестисторонних переговорах по КНДР, разъехались, не сумев договориться о переводе Пхеньяну 25 млн. долларов. Ранее представители Китая, России, США, Японии, Южной Кореи уговорили Пхеньян остановить работу реактора в Йонбене в обмен на 50 тыс. тонн нефтепродуктов. Однако Пхеньян выдвинул в качестве предварительного условия размораживание 25 млн., лежащих в Banco Delta Asia. Американцы, заблокировавшие в свое время северокорейские деньги, любезно согласились. Но Банк Китая, куда должны были поступить размороженные доллары, отказался от транзакции после того, как Министерство финансов США заявило, что банк в Макао отмывал деньги. Китайцы не захотели рисковать своей репутацией и посоветовали почему-то рискнуть российским банкам┘ Северокорейские власти, располагающие счетами в России, ухватились за эту идею.

История, столь эффектно начавшаяся с ядерного испытания и получившая продолжение в СБ ООН в виде осуждения Северной Кореи и жестких санкций, в итоге обернулась неуместным торгом. Москва могла бы – ради возобновления переговорного процесса и при соответствующих гарантиях со стороны США – исполнить подозрительную транзакцию. Но делать этого не стоит: вопрос слишком мелкий и грязный. Пусть американцы подумают, как доставить северокорейцам обещанные доллары, или предложат Пхеньяну иной стимул. Москва и так рискует – несмотря на сговорчивость в ядерных вопросах.

В Сенат США на прошлой неделе был внесен законопроект о санкциях против Москвы за ядерное сотрудничество с Тегераном. В течение 15 дней после принятия документа санкции будут распространены на Россию, если президент Джордж Буш не докажет Конгрессу, что Москва «прекратила любое ядерное сотрудничество с Ираном и все поставки усовершенствованных обычных вооружений и ракет».

При этом Буш должен подтвердить, что Иран полностью прекратил все программы по обогащению и переработке ядерных материалов. В противном случае США не смогут заключить соглашение о сотрудничестве с Россией в ядерной области и не смогут выдавать лицензии на прямой или непрямой экспорт в Россию любых ядерных материалов, объектов, компонентов или иных товаров, услуг и технологий, имеющих отношение к соглашению о сотрудничестве в ядерной области.

Законопроект также усиливает односторонние санкции США против Тегерана, распространяя их на финансовую и банковскую сферы, а заодно и на зарубежные компании, инвестирующие в нефтегазовый сектор Ирана.

Таким образом, Москва, проявившая гибкость и согласившаяся на ужесточение антииранских санкций в рамках СБ ООН, сама может оказаться их мишенью. Неплохой способ давления на Иран через Россию.

А что же прописал Тегерану сам Совет Безопасности? Новые санкции, одобренные в субботу, предполагают замораживание финансовых счетов 13 компаний и 15 физических лиц, причастных к проектам, связанным с обогащением урана и разработкой ракетных технологий, а также визовые ограничения, эмбарго на экспорт оружия из Ирана. Резолюция также содержит призыв отказаться от продажи Тегерану оружия и выделения госкредитов.

Президент Ахмадинежад, обещавший выступить в СБ ООН с некими предложениями, не явился на заседание, обвинив американские власти в невыдаче виз его делегации. Параллельно Тегеран запасся весьма рискованным козырем: накануне голосования в СБ иранцы арестовали 15 британских морских офицеров. Подданные ее величества – виновны они в чем-то или нет – превратились в политических заложников. Иранская проблема таким образом получила дополнительное измерение.