Убойная сила тори

Еще не так давно британские консерваторы называли себя «естественной партией власти». У них были для этого основания. С тех пор как в конце 70-х Маргарет Тэтчер нанесла поражение лейбористам, тори занимали резиденцию премьера на Даунинг-стрит, 10, в течение 18 лет. Но золотой век старейшей политической партии Британии кончился с выходом на арену молодого, энергичного Тони Блэра, который сумел вернуть лейбористам веру в свои силы. Теперь уже консерваторам приходится маяться на «скамейке запасных».

Однако англичане не любят долго видеть у руля одних и тех же лиц. Тэтчер пришлось уйти не потому, что допустила грубые ошибки. Просто она порядком надоела соотечественникам. И вот теперь многие комментаторы полагают, что участь «железной леди» может разделить Тони Блэр. Он сидит в кресле главы правительства восемь лет и не собирается подавать королеве прошение об отставке до следующих выборов, то есть, вероятно, до 2009 года.

Консерваторы убеждены, однако, что будущая схватка дает им исторический шанс повернуть колесо удачи в свою сторону. Весь вопрос в том, кто поведет их в бой. Нынешний лидер Майкл Говард, опытная, надежная, но изношенная лошадка, добровольно сошел с дистанции. В связи с этим в преддверии назначенных на конец сентября выборов нового руководителя в партии развернулось яростное состязание между претендентами. Их более пяти, но лучше всего знакомо избирателям круглое, улыбающееся лицо Кеннета Кларка, бывшего канцлера казначейства, а ранее министра внутренних дел в последнем консервативном правительстве.

«Я разочарован тем, что мы находимся в оппозиции так долго. Я жутко как хочу возглавить Консервативную партию, чтобы мы скорее вернулись к власти», – заявил без ложной скромности Кен Кларк. Эти слова могут показаться образчиком саморекламы. Но британцев такое поведение Кларка вряд ли покоробит. Ведь, сидя на правительственных скамьях в палате общин, он зарекомендовал себя грозным полемистом, «забойщиком» тори, которого редко кому из оппонентов удавалось заткнуть за пояс. На претендента работает и его имидж – жизнелюба, которому «ничто человеческое не чуждо». Телезрители привыкли видеть его сидящим за столом перед бутылкой вина с сигарой в зубах.

Но какую политическую альтернативу Блэру собирается представить Кларк? Среди других консервативных кандидатов на высшую должность его выделяет позиция по Ираку. Кларк назвал решение лейбористского правительства присоединиться к американскому вторжению «катастрофической ошибкой». Он охарактеризовал нынешнюю ситуацию в Ираке как «ужасное месиво». По его словам, утверждение Блэра о том, что между взрывами в метро и войной в Ираке нет связи, несостоятельны. Кларк считает, что партия при предыдущих лидерах ушла слишком далеко вправо. Он собирается «сдвинуть» ее в центр сцены.

Парадокс состоит в том, что если образ политика-либерала импонирует многим избирателям, то среди членов партии это рассматривается скорее как отрицательная черта. У Кларка устойчивая репутация «еврофила», желающего более тесной интеграции Британии в структуры ЕС. А большинство тори принадлежат к числу «евроскептиков», отвергающих идею перехода от национальной валюты к евро.

Неудивительно, что притязание Кларка на лидерство было встречено в штыки правым крылом партии. Соратник Тэтчер лорд Теббит сказал, что Кларк по природе своей «лентяй» и, хуже того, повязан деловыми узами с табачными компаниями, подрывающими здоровье населения. Словом, успех Кларка в развернувшейся баталии отнюдь не гарантирован.