Триплет по-московски

Вопреки недавним заявлениям российских официальных лиц о том, что Москва не собирается наращивать свое военное присутствие в Центральной Азии, на деле происходит прямо противоположное. В понедельник вечером вице-премьер – министр обороны РФ Сергей Иванов сделал заявление, согласно которому в дополнение к своей военной базе в Таджикистане Россия собирается создать в этой стране еще один военный объект. Причем, как сразу отметили эксперты, он не имеет аналогов в мире. Ибо речь идет о своего рода триплете – как называют игроки на бильярде удар, при котором шар попадает в цель, отскочив последовательно от двух бортов. Похоже, нечто подобное задумали осуществить в Кремле, когда предложили Индии совместно использовать военный аэродром «Айни», находящийся в 15 км западнее Душанбе. Правда, как дополнительно сообщил Иванов, «у нас сейчас ведутся российско-таджикские переговоры по этому вопросу».

Последовательность действий

На аэродроме «Айни», по словам министра обороны РФ, планируется развернуть вертолетную группу и эскадрилью самолетов Военно-воздушных сил (ВВС) России, которые входят в состав дислоцирующейся на окраине таджикской столицы российской военной базы. При этом вертолетная группа уже находится в «Айни». Очередь самолетов наступит в следующем году. В настоящее время ведется модернизация аэродрома, в том числе при содействии индийских специалистов. Ряд экспертов расценили заявление Иванова как некий новый поворот в российской геополитике. Так, руководитель независимого Центра военного прогнозирования полковник Анатолий Цыганок увидел в этом «явное продолжение стремления России превратить Шанхайскую организацию сотрудничества в военно-политический союз». «Это тем более очевидно, – сказал Цыганок в комментарии «НГ», – что на следующий же день о намерении вступить в ШОС заявила Белоруссия, которая, как известно, является наиболее преданным военным союзником Москвы». Причем, как считает аналитик, «развитие российско-индийской линии идет как бы в противовес мнению Китая о сохранении ШОСа главным образом как экономического союза».

За последний год ШОС (Казахстан, Киргизия, Китай, Россия, Таджикистан и Узбекистан) действительно сделал очень мощные шаги в своем развитии, в военном – в частности. Июнь – принятие в организацию на саммите глав государств ШОС в качестве наблюдателей Ирана, Индии и Монголии. Август – беспрецедентные российско-китайские военно-морские учения (10 тыс. участников). Сентябрь – маневры в Узбекистане с участием российских десантников. Октябрь – российско-индийские учения в Индии. В планах 2006–2007 годов – еще целый ряд учений.

В совместном использовании с Индией аэродрома «Айни» Цыганок также видит стремление Москвы более тесно «связать Дели военным сотрудничеством». «Ведь Индия, – говорит эксперт, – буквально несколько недель назад объявила, что она будет проводить учения и совместно с США». Кроме того, известно, что в настоящее время в Дели в дополнение к российским военным закупкам рассматривают возможность приобретения для национального военно-морского флота кораблей и в США. «Так что для России – это стремление удержать Индию на привязи, поскольку ее доля в военных экспортных поставках из России составляет от 25 до 45%».

Пока учебный центр

На первых порах «Айни» может использоваться как учебно-тренировочная авиабаза для подготовки индийских летчиков, считает Цыганок. В советское время существовало военное училище в киргизском городе Кант (где ныне российская авиабаза), которое готовило авиаторов для иностранных государств (его окончил, например, и маршал авиации Индии Дилбах Синг).

Что касается Таджикистана, то официальный Душанбе вряд ли будет противиться «совместному использованию» аэродрома «Айни» Россией и Индией. Современные тенденции в постсоветской Центральной Азии таковы, что военные базы РФ (Киргизия, Таджикистан), США (Киргизия, Узбекистан) и НАТО (Таджикистан) дают странам, где они расположены, дополнительные крупные вливания в госбюджет и рабочие места. А для Таджикистана после ухода оттуда в минувшем августе российских пограничников это очень актуально.

В то же время заместитель директора Института США и Канады генерал-майор Павел Золотарев не считает, что в Таджикистане создается какой-то противовес «американско-натовскому проникновению в Центральную Азию». «У нас достаточно точек противостояния и в других регионах», – пояснил свою позицию «НГ» эксперт.

Однако он согласен с Цыганком в том, что «скорей всего в «Айни» будет организован учебный центр для подготовки индийских военных специалистов: мы поставляем Индии большое количество военной техники, в том числе и авиационной, и их надо обучать». Таджикистан, по мнению Золотарева, является очень удобным местом для этого во всех смыслах, и прежде всего в географическом и климатическом.

Член Совета по внешней и оборонной политике Виталий Шлыков отметил, что «акция по совместному использованию таджикского аэродрома «Айни» представляет интерес для всех трех сторон, и прежде всего в смысле дальнейшего развития именно военного сотрудничества». Причем, по его словам, «Индия, помимо прочего, со своей стороны, хочет обозначить и свое присутствие в Центральной Азии, хотя сегодня оно будет носить чисто символический характер».

И все же в мировой практике трудно найти примеры, когда две крупные державы используют территорию третьей страны для создания на ней совместной военной базы. По мнению полковника Цыганка, в этом смысле нечто похожее произошло в Киргизии. «Здесь, по сути, рядом находятся российская («Кант») и американская («Ганси») авиабазы, – напомнил Цыганок. – Как известно, во время «тюльпановой революции» в Киргизии в марте этого года между русскими и американцами было организовано хорошее взаимодействие с целью предотвращения нападений мародеров на обе базы».