Владимир Скосырев
Тибетцы по-прежнему привержены канонам своей религии – буддизма ламаистского толка.
Фото Reuters
КНР решила израсходовать в этом году 100 млрд. долл. на развитие западного региона. Уйгуры, тибетцы и другие меньшинства, проживающие там, возмущаются дискриминацией и наплывом китайских мигрантов. Тибет и Синьцзян недавно потрясли бунты. Правительство надеется погасить недовольство, вливая огромные деньги в создание современной инфраструктуры на нестабильной окраине.
Правительство готово понести эти гигантские издержки, несмотря на то что промышленное производство в июне, по сообщению официальной газеты China Daily, замедлилось. Премьер-министр Вэнь Цзябао заявил, что экономическое положение страны «чрезвычайно сложное». Тем не менее Пекин развернет строительство железных дорог, шоссе, аэропортов, угольных шахт, АЭС, линий электропередачи в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, автономном районе Внутренняя Монголия, Тибетском автономном районе, провинциях Сычуань и Юньнань.
На провинции и районы Западного Китая приходится более 2/3 территории Поднебесной. «Если западные регионы не стабильны, то вся страна не будет стабильной», – признал Ду Ин, вице-председатель комиссии по национальному развитию и реформе. Ду выступил с таким комментарием год спустя после того, как в Синьцзяне вспыхнули межэтнические столкновения между уйгурами и китайцами. В результате погибли почти 200 человек и 1700 были ранены.
Помимо инвестиций правительство пытается поднять уровень жизни населения отстающего региона с помощью предоставления налоговых льгот на добычу угля, нефти и газа – трех его основных минеральных ресурсов. Это, по словам главы правительства Вэня, будет способствовать тому, что у местных правительств останется больше средств от налоговых сборов, которые раньше уходили в Центр.
А еще за год до столкновений в столице Синьцзяна, накануне пекинской Олимпиады, бунты охватили другой беспокойный автономный район – Тибет. Как и в случае с Синьцзяном, Пекин пытается завоевать лояльность коренного населения, выделяя большие деньги на то, чтобы обеспечить их рабочими местами. За последние 10 лет правительство истратило на развитие добывающей отрасли, инфраструктуры, сельского хозяйства и туризма по 15 тыс. долл. в расчете на каждого жителя автономного района.
По существу, стратегия Пекина в чем-то близка к стратегии Москвы на Северном Кавказе. Ставка делается на то, что вливание ресурсов в местную экономику поможет справиться с сепаратизмом и религиозным экстремизмом.
Но, как считают правозащитники и многие эксперты на Западе, с этими проблемами вряд ли можно справиться с помощью денег. Как отмечает Дрю Глэдни, профессор колледжа Помона в Калифорнии, межэтнические отношения в Синьцзяне сейчас более напряженные, чем когда-либо прежде. Коренные жители – как уйгуры, так и тибетцы – возмущены наплывом переселенцев из Китая; они желают не только положить конец этому потоку, но возмущаются вмешательством китайских властей в их религиозную жизнь, арестами монахов и мулл, заподозренных в принадлежности к экстремистским организациям.
Полностью стабилизировать ситуацию в неспокойных регионах Китая невозможно, пока «сыновья земли» не будут себя чувствовать полноправными гражданами. Но готов ли Пекин пойти навстречу их чаяниям?
