Немцы начнут военную реформу с головы

Бундесвер получит больше кадров, способных служить в горячих точках.
Фото Reuters

В Берлине сегодня будет представлен доклад Структурной комиссии бундесвера. Его выводы, частично заранее попавшие в прессу, рисуют картину неразберихи и неэффективности командования одной из крупнейших европейских армий НАТО. Независимая экспертная группа предлагает коренным образом перестроить Минобороны ФРГ.

Структурная комиссия бундесвера была создана министром обороны Карлом Теодором цу Гуттенбергом в апреле с.г. Возглавить ее работу поручили руководителю Федерального агентства труда Франку-Юргену Вайзе. Выбор мог показаться странным, но в прошлом он был профессиональным офицером, да и член ХДС.

К тому времени (апрелю) министр уже озвучил основные параметры и направления реформы вооруженных сил. Но предложения наталкивались на сомнения и в ХДС/ХСС, и в правительстве. Так что перед комиссией ставилась очевидная задача нахождения дополнительных доводов в поддержку перестройки бундесвера. Подготовленный доклад в целом на это и настраивает.

Сенсационность экспертного документа состоит в том, что в нем прежде всего поднимается вопрос о «голове». Иными словами, о руководстве, распределении полномочий и ответственности в германских ВС. В своем интервью телеканалу ARD, предваряющем сегодняшнее официальное представление доклада, Вайзе назвал военное ведомство раздробленной организацией, испытывающей «системное перенапряжение». Более того, в нем наблюдается «всеобщая диффузия ответственности», что делает четкое руководство невозможным.

Комиссия рекомендует предусмотреть «в корне новую концепцию министерства». Его штатный состав предлагается сократить наполовину: с 3300 до 1600 человек. А руководство на ступени ниже министра ограничить постами статс-секретаря (парламентского заместителя главы ведомства) и генерального инспектора бундесвера. Последний должен стать эквивалентом начальника несуществующего в бундесвере генштаба, а инспекторов сухопутных войск, ВВС, ВМС предлагается вывести из министерства и поручить им командование соответствующими родами ВС.

Как и в концепции Гуттенберга, экспертная группа высказалась не за полную отмену, а за «замораживание» применения закона о всеобщей воинской повинности. Линия на сокращение бундесвера поддерживается. Но если Минобороны считает достаточной цифру в 163 тыс. солдат и офицеров, то комиссия хотела бы приподнять планку до примерно 180 тыс. При этом с целью повышения эффективности бундесвера должны быть созданы условия, при которых он обретет способность выделять для миротворческих операций максимально не до 7 тыс. военнослужащих, как сейчас, а хотя бы вдвое больше.

Содержащуюся в докладе Структурной комиссии критику состояния бундесвера и руководства им немецкая пресса называет «уничтожающей». Приводится, например, такой вердикт документа: «При существующем в настоящее время многообразии полномочий не может быть ни общего руководства с ясной компетентностью, ни личной ответственности за успехи или неудачи». Это стрела и в молодого министра обороны, который занимает этот пост год и уже не может ссылаться на упущения предшественников. Однако на удивление, это нисколько не влияет на самую высокую среди германских политиков популярность барона Гуттенберга, сопровождаемую предсказаниями его канцлерского будущего. А что касается критики, то он сам назначал комиссию и еще до ее создания требовал «безжалостного анализа без всякого табу».

Одна такая запретная тема в докладе поднята. Экспертная группа высказывается за то, чтобы Министерство обороны целиком и как можно скорее обосновалось в Берлине. Дело в том, что в бывшей рейнской столице по закону в «утешение» оставлены шесть министерств, включая оборонное. Все они имеют небольшие филиалы для работы министров в Берлине, а те, что переехали в столицу, – в Бонне. Таким образом, более 10 тыс. чиновников и служащих федеральных министерств и ведомств работают на Шпрее, а около 9 тыс. пока еще на Рейне. Такой дуализм становится все более неудобен власти, но обидеть Бонн она не решается. Но теперь предложение комиссии все-таки лежит на столе Гуттенберга, который заявил, что изучит до конца января ее рекомендации с намерением решить, что из них реализуемо.