0
2612
Газета Кино Печатная версия

09.09.2018 17:27:00

Есть ли жизнь после "Лета"

В прокат вышел документальный фильм Кирилла Серебренникова

Тэги: кино, кирилл серебренников, лето, документальное кино, после лета


кино, кирилл серебренников, лето, документальное кино, после лета Артемий Троицкий горько шутит о том, как убог был быт Цоя и Науменко, но как их время было полно надежд, потерянных сегодня. Кадр из фильма

Центр документального кино выпустил на экраны «После Лета». Формально фильм о фильме, своего рода бэкстейдж картины «Лето». На деле же эта документальная история оказывается в сравнении с художественным фильмом не менее, а то и более продуманным, глубоким и серьезным высказыванием об ушедшей эпохе, людях, сделавших ее историческим и культурным явлением, и о сегодняшней России. В прокат лента вышла накануне дня рождения ее создателя Кирилла Серебренникова. Это второй фильм, на премьере которого режиссер не смог присутствовать, и второй день рождения, который он встречает под домашним арестом.

Скептик (Александр Кузнецов) – тот самый герой «Лета», то и дело прорывавший в фильме четвертую стену замечаниями о том, что «этого не было» или «все было не так», – теперь разбирается, как же было на самом деле. Для этого он водит по декорациям свидетелей тех дней и тех событий, о которых снят фильм, близких друзей, коллег и знакомых Майка Науменко и Виктора Цоя. Сами они ничего уже рассказать, к сожалению, не могут, зато «оживают» в кажущихся здесь почти архивными, документальными (в «После Лета» играют не только с цветом изображения, но и с фильтрами) рабочих материалах, оставшихся от съемок «Лета». На них Рома Зверь в образе Майка и Тео Ю – Цой почти не говорят, даже не поют, на фоне звучат оригинальные записи песен «Зоопарка» и «Кино». 

Наталья Науменко придирчиво осматривает декорацию их с Майком комнаты в коммуналке, замечает, что не хватает пассатижей, которыми переключали каналы на телевизоре. Зато постеры на стенах – Марк Болан, Beatles – такие, как нужно. Скептик ведет ее в коридор, оттуда в кухню («У нас было чище»), каждый раз подводит к окнам, у которых они курят, будто ненароком спрашивает, как им жилось с Майком и как им жилось друг без друга. «Фильм разве об этом?» – «Нет, не об этом, да и вопрос не об этом». Скептик вновь разбивает ту самую четвертую стену, из раза в раз многозначительно глядя через плечо в объектив – будто отмечая для зрителя фразы, на которые стоит обратить внимание.

Но это личное здесь иногда настолько личное, что даже Скептику, голосу разума, иногда неловко «заигрывать» с камерой – Игорь «Иша» Петровский, один из ближайших друзей Науменко, рассказывает ему, как из года в год видит Майка во сне, где он живой, и как горюет, проснувшись, как надеется, что очередной сон окажется явью. «Скучаете?» – «Конечно, скучаю». Этот эпизод – очень в духе и кино, и театра Кирилла Серебренникова, всегда тонко чувствовавшего и чувствующего важность отдельного момента, этаких маленьких кульминаций, каждая из которых порой стоит целого фильма или спектакля. Но не только это выдает в «После Лета» работу Серебренникова, но и то, что личное здесь неотделимо от общественного, отдельные истории вплетены в историю поколения, эпохи, страны.

Звукорежиссера и чуть ли не первого советского музыкального продюсера Андрея Тропилло Скептик приводит в декорации, имитирующие студию звукозаписи, – и тот с порога разносит в пух и прах реквизит, называя его «мусором». Артемий Троицкий горько шутит о том, как убого жили такие гении, как Науменко и Цой (так же как и большая часть населения) – последний, мол, даже разбился на худшей в мире машине, на «Москвиче», это ли не символично?

Все герои документального фильма, который так сконструирован и придуман, что стилистически граничит с художественным кино и то и дело заходит на его территорию, так или иначе пускаются, где-то сами, где-то подталкиваемые собеседником Скептиком, в воспоминания о тех, их 80-х. Наталья Науменко сетует на то, как романтизирует нынешняя молодежь то время застоя и нищеты, Сева Новгородцев сравнивает русский рок с иностранным (и сравнение это не однозначно в пользу зарубежного, как можно было подумать). А Артемий Троицкий, чей монолог завершает фильм, бьет словами в самое сердце. Для него время Цоя и Науменко оказывается временем надежды, которая сегодня утеряна, временем перспектив и перемен, предчувствие которых рождало могучих людей и держало всех остальных на плаву. Бытовое убожество тех лет сменилось среднестатистическим благополучием, но осталась ли надежда? Ответ Троицкого печально однозначен. Да и может ли он быть другим в предлагаемых обстоятельствах – да, мы поменяли комнаты в коммуналках на отдельные квартиры, но есть ли разница, где сидеть под домашним арестом.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Джонни Депп пытается уничтожить мир "Гарри Поттера"

Джонни Депп пытается уничтожить мир "Гарри Поттера"

Наталия Григорьева

Джуд Лоу играет молодого Дамблдора в сиквеле Дэвида Йейтса "Фантастические твари: Преступления Грин-де-Вальда"

0
1790
В Польше любят российское кино

В Польше любят российское кино

Ольга Галицкая

0
796
Будь хорошим мальчиком

Будь хорошим мальчиком

Наталия Григорьева

В российский прокат выходит новый фильм автора "Гоморры"

0
1207
Необходимо спокойно и без давления разобраться в деле "Седьмой студии" - Мединский

Необходимо спокойно и без давления разобраться в деле "Седьмой студии" - Мединский

 

0
1269

Другие новости

Загрузка...
24smi.org