Марина Гайкович В Лос-Анджелесе прошло вручение 49-й ежегодной премии Американской академии звукозаписи Grammy Awards. Одна из самых престижных наград в области звукозаписывающей индустрии сравнима с «Оскаром» – по количеству номинаций, по «качеству» номинированных, а также по помпезности самой церемонии. В этом году достижения определяли в 108 категориях и 29 музыкальных жанрах, в том числе и в академической музыке.
Вот вопрос, который будоражит российских любителей классики: почему Юрий Башмет не получил «Грэмми» или, более широко, почему русские музыканты (по общему пониманию, самые лучшие в мире) пролетели мимо премии? Заметим попутно, что в отличие от «Оскара», от которого мы, кажется, отстали навсегда, российские музыканты были номинированы на «Грэмми». Кроме Башмета с «Солистами Москвы» и неизвестными сочинениями Свиридова, Шостаковича и Вайнберга в списки номинантов попал Гидон Кремер с сюитами и партитами Баха, Валерий Гергиев и Лондонский симфонический оркестр со всеми симфониями Прокофьева, Анна Нетребко и команда Венской оперы с «Травиатой».
В результате голосования одиннадцати тысяч членов академии (среди них только те, кто участвовал в записи по крайней мере шести отмеченных премией альбомов или произведений) «Грэмми» досталась записи Седьмой симфонии Малера с Сан-Францисским симфоническим оркестром под управлением Майкла Тилсона Томаса (по двум номинациям), симфоническому оркестру и женскому хору Атланты за оперу Освальдо Голихова, Лос-Анджелесской камерной капелле и дирижеру Питеру Рутенбергу, Маурицио Поллини за запись ноктюрнов Шопена, а также Эмерсон-квартету и Брину Терфелю. За бортом при этом остались, например, Марта Аргерих, Бернард Хайтинк с уже упомянутым Лондонским симфоническим (симфонии Бетховена), Рене Якобс с моцартовским «Милосердием Тита» – то есть исполнители, о которых нельзя сказать, что они нашим и в подметки не годятся.
Чтобы ответить на вопрос, почему Башмету не дали «Грэмми», нужно прежде всего осознать, что эта премия дается совсем не за гениальные интерпретации Башмета или за неизвестного Шостаковича, а за качественно сделанную запись. И соревнуются по большому счету здесь не Башметы, Кремеры или Гергиевы, а Deutsche Grammophon, EMI, SonyBMG и иже с ними. Так что куда справедливее формулировку «почему Юрий Абрамович пролетел┘» сменить на, например, «почему диски фирмы «Мелодия» ни разу не были даже номинированы на Грэмми». Но от этого, боюсь, мы еще дальше, чем от «Оскара».
