0
1299
Газета Культура Печатная версия

03.04.2017 00:01:00

"Французистость" и Хокусавна

В Еврейском музее показывают, что в наших знаниях об авангарде много лакун

Тэги: русский авангард, выставка, андрей сарабьянов, еврейский музей


Многоярусную развеску предпочитали сами авангардисты.	Фото автора
Многоярусную развеску предпочитали сами авангардисты. Фото автора

«До востребования. Коллекции русского авангарда из региональных музеев. Часть II» – продолжение кураторского проекта исследователя авангарда Андрея Сарабьянова (интервью с ним см. в «НГ» от 23.03.17) по поиску малоизвестных и неизвестных произведений художников. Нынешний показ охватывает период от революции до 1932 года, когда постановление ЦК ВКП (б) «О перестройке литературно-художественных организаций» закрыло и эту страницу искусства. В 18 региональных музеях Сарабьянов собрал 110 работ, преимущественно картин и рисунков, 93 художников. С одной стороны, показывая внутреннее развитие разношерстного стиля, с другой, чтобы выявить рифмы русского искусства с мировым, с экспрессионизмом и даже сюрреализмом.

Три стены зала-куба выкрашены в черный. Развеска картин плотная, как делали сами авангардисты. Над каждой картиной небольшой «фонарь» – лампочка Ильича с белой тряпицей вместо абажура, будто наскоро, неровно отрезанной. Когда только входишь сюда, издалека это напоминает оплывшие свечи: архитекторы Кирилл Асс и Надежда Корбут за основной лейтмотив сценографии взяли память, выхватывающую, высвечивающую в черном небытии забытые имена. Их очень много. Гораздо больше, чем осталось в общепринятых представлениях об авангарде.

Привычные для разговоров об этом направлении супрематизм с конструктивизмом и сезаннизм с «французистой», как говорит Сарабьянов, свободной живописью, где много именно что живописности, куратор разместил на боковых стенах. Беспредметность и фигуративное искусство, «оппоненты» не только авангарда, но «спорщики» всего XX века, и здесь смотрят друг на друга. А в самом центре оказались «Примитивизм. Экспрессионизм. Сюрреализм» – за вычетом первого направления куда менее привычные «-измы» авангарда. С сюрреализмом Сарабьянов сравнивает написанные Андреем Гончаровым, как считается, на тему Французской революции «Три фигуры» (к слову, в 1920-х Гончаров по приглашению Станиславского работал в МХТ над постановками о той самой революции). Тут тревожная по колориту, буквально переливающемуся из зеленого через оранжевый к темно-серому, с тончайшими тональными переходами живописная композиция. Где та самая тревожность поддержана недосказанностью. Пространство «поплыло» вместе с мебелью, персонажи вроде бы беседуют, но лишь жестами, мысленно они, кажется, где-то далеко. А есть совсем другое: веселый, самобытный, как, простите, лоскутное одеяло, «Разрез нашего дома» учениц Филонова Алисы Порет и Татьяны Глебовой, живших возле Фонтанки. Побежали вверх лестницы, напоминающие цветные коврики-дорожки, в стоп-кадрах, как в «клеймах», умещаются эпизоды жизни, и когда речь заходит о Порет, там, конечно, не обойтись без ее любимого дога (Хокусай, он, вернее, она же Хокусавна и даже Хокусавнушка). Музицирование (в комнате пианистки Марии Юдиной), чаепитие, любовная истома – все здесь, включая пожар наверху, который подоспевшая машина резво поливает тонкой струйкой воды.

«До востребования» строится как мозаика, мы смотрим на панораму и на детали-осколки, они – на нас. И в том же сборном разделе европейских «-измов» окажутся, с одной стороны, успешный при разных ветрах и режимах Юрий Пименов с полуэкспрессионистской, полусюрреалистичной, по мнению куратора, «Италией», где идет на нас решительная, почти как «Родина-мать», женщина, и подпирает стенку ленивый юноша, демонстрирующий на фоне донателловского «Гаттамелаты» в Падуе свою синюю пятку в исполнении Пименова. А с другой стороны, будет полуэкспрессивный, полупримитивистский «Всадник» неизвестного художника Романа Семашкевича, прожившего всего 37 лет. Его расстреляли в 1937-м, а работы были конфискованы и не найдены.

Знаменитые и забытые демократично сосуществуют рядом без табели о рангах. Как в «Позднем сезаннизме» натюрморты Машкова и Кончаловского и, например, декоративный этюд Ивана Удода, о котором вместо биографии до сих пор известно лишь про членство в двух группах да участие в двух выставках. Даже годов жизни пока нет. Или другой поворот. Есть здесь характерный сезаннистский, весьма «французистый» «Пейзаж с домом» Валентины Брумберг, которую жизнь потом увела в анимацию, и художница была больше известна мультфильмами «Три толстяка», «Кот в сапогах» и «Остров ошибок», которые сделала вместе с сестрой. В конце 1910-х – начале 1920-х авангардисты получили возможность формировать художественный процесс. Варились в одном культурном котле, спорили. Конструктивист Родченко возглавил музейное бюро, которое закупало современное искусство и отправляло в регионы (вторая волна пополнения их коллекций придет позже, как известно, в связи с чисткой столичных музеев от формалистических работ). И он как раз спорил, в частности, с Малевичем. «Черное на черном» Родченко писал в пику «Белому на белом» Малевича, за которого в отсутствие его постреволюционных вещей в регионах отвечает его витебская школа, уже второе поколение авангардистов, как и выделенная отдельно Школа Михаила Матюшина. Конструктивизм, получивший название в начале 1920-х (в том числе стараниями братьев Стенберг), был очень энергичен и авторитетен, но вот интересно, что архитектонику линий и плоскостей Сарабьянов «разбавляет» и «Лошадками» Георгия Стенберга, где в беспредметные формы вдруг вскакивают белые животные.

Однако постреволюционная власть нового искусства начала быстро опасаться. Уже Ленин на рубеже 1920–1921годов, невзлюбивший футуристов, как называли авангардистов, передал все функции Наркомпроса, где действовали и радикальные художники, Главполитпросвету (полит!) во главе с Крупской. После вождя мирового пролетариата, в 1925-м, было принято постановление о том, что литература-культура должна быть «рассчитанной на действительно массового читателя». 1932-й поставил точку.

Но многое предстоит и вспомнить, и исследовать. В шкафы-бюро «убраны» мониторы с биографиями художников (то, чего не хватало на первой части проекта). Там поразительные судьбы.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Выставка. «Мир кино Геннадия Мясникова»

Выставка. «Мир кино Геннадия Мясникова»

0
302
Другой brut в марсельской гавани

Другой brut в марсельской гавани

Дарья Курдюкова

Выставка «Жан Дюбюффе. Варвар в Европе» после Франции отправится в Испанию и Швейцарию

0
483
Выставка «Эпоха модерна» в Музее архитектуры им. Щусева

Выставка «Эпоха модерна» в Музее архитектуры им. Щусева

0
988
Музей Вадима Сидура. Персональная выставка Алексея Булдакова

Музей Вадима Сидура. Персональная выставка Алексея Булдакова

0
958

Другие новости

Загрузка...
24smi.org