Ольга Соловьева
Отказаться от поставок критического сырья из Китая не так-то просто. Фото Reuters
Как ожидается, на предстоящей встрече стран G7 будет обсуждаться в том числе и дилемма развитых стран в области редкоземельных металлов (РЗМ) и критических элементов. Пока, как сообщается, идея президента США Дональда Трампа снизить зависимость от Китая в поставках редкоземов наталкивается на непонимание как союзников, так и представителей горнодобывающей отрасли. Эксперты считают идею малоосуществимой. Китай субсидирует до 70% затрат, что позволяет ему держать очень низкие цены, напоминают они.
Как сообщают западные агентства, попытки администрации Дональда Трампа увеличить добычу критически важных полезных ископаемых путем регулирования цен сталкивается со скептическим отношением союзников по G7 и расколом в горнодобывающей промышленности. Переговоры о создании западного торгового блока зашли в тупик из-за опасений по поводу стоимости и управления планом.
Напомним, в феврале этого года президент США Дональд Трамп представил проект стоимостью в 12 млрд долл. по созданию стратегического резерва критически важных полезных ископаемых. Проект, получивший название «Хранилище», подразумевает закупку и хранение редкоземельных металлов для нужд американских производителей. Решение было представлено как еще один шаг Вашингтона по развитию собственной цепочки поставок на фоне ограничения Китаем экспорта своих магнитов.
Как объяснял вице-президент США Джей Ди Вэнс, США также намерены создать международный торговый блок для обеспечения поставок критически важных минералов и контроля над ценами. «Мы хотим устранить проблему наводнения наших рынков дешевыми критически важными минералами, чтобы подорвать позиции наших отечественных производителей», – заявлял Вэнс. По его словам, блок установит согласованные ценовые минимумы, защищающие производителей. Механизм «эталонных цен» на каждом этапе производства будет поддерживаться регулируемыми пошлинами для участников блока.
А глава Госдепартамента Марко Рубио указывал на то, что критически важные ископаемые «в значительной степени сосредоточены в руках одной страны», и добавлял, что эта ситуация стала «инструментом влияния в геополитике».
Очевидно, речь шла в первую очередь о Китае. КНР – монополист на рынке редкоземельных металлов. Страна добывает около 70% и перерабатывает 90% всех критических элементов. Редкоземельные металлы в критической степени важны для высокотехнологичных отраслей промышленности, включая автостроение, вооружения, выпуск полупроводников и прочее. Доминирование Китая привело к тому, что ценообразование на стратегические минералы остается непрозрачным и чаще всего привязано к ценам в КНР. То есть ценообразование на редкоземельные элементы определяется в Пекине.
КНР стала монополистом на этом рынке не вчера. Последние десятилетия страна планомерно выстраивала свою политику по поддержке отрасли. Китайские власти использовали комбинации различных налоговых льгот, контроля за производством и экспортом. Уже к началу 2000-х Китай стал основным поставщиком РЗМ, а к 2010 году – почти монополистом, отточив технологии и создав сложные логистические цепочки. И теперь РЗМ в Китае – это еще и политический рычаг в отношениях с другими странами.
В прошлом году Китай значительно ужесточил правила экспорта редкоземельных металлов и технологий их переработки. В то же время он запретил своим гражданам участвовать в их добыче за границей без разрешения со стороны Пекина. Ограничения привели к росту цен на редкоземельные металлы. По данным отраслевых трейдеров, некоторые материалы, необходимые для оборонной промышленности, увеличились в разы, а отдельные элементы – в несколько десятков раз. Удорожание элементов, в свою очередь, привело к увеличению затрат, задержкам в производстве и необходимости поиска альтернативных поставщиков. Впоследствии Китай временно отменил запреты на экспорт в США ряда стратегически важных материалов.
Предлагаемый же Штатами торговый блок должен изучить механизмы поддержки цен, рыночные стандарты, субсидии или гарантированные закупки для стимулирования и финансовой поддержки производства в разных странах. Определять цены на редкоземы предполагалось в том числе с использованием специальной программы Пентагона США, которая делала бы расчет оптимальной цены на металл с учетом затрат на рабочую силу, переработку и другие издержки.
Однако, как пишут западные агентства, европейцы пока выступают против идеи использования системы ценообразования на основе искусственного интеллекта (ИИ), ссылаясь на опасения по поводу чрезмерного влияния США. Европейцы хотели бы иметь широкий набор инструментов и «гибкое управление».
«Для Европы было бы лучше иметь индекс цен, основанный на реальных сделках на европейском рынке. Вопрос в том, сможем ли мы сделать эти непрозрачные механизмы ценообразования более прозрачными, более ориентированными на рынок и менее подверженными манипуляциям», – заявляла вице-президент Европейского инвестиционного банка (ЕИБ) Никола Бир.
Звучат также опасения о том, кто будет платить надбавку за полезные ископаемые, насколько далеко по цепочке поставок должны распространяться эти субсидии и как будет функционировать система управления.
В самом Евросоюзе в конце мая в список приоритетных критических минералов, по которым блоку необходимо снижать зависимость от Китая, включили вольфрам, редкоземельные металлы и галлий.
Еврочиновники также предлагают компаниям искать альтернативных поставщиков, чтобы снизить зависимость от Китая. В частности, новый регламент ЕС установит предельные значения, которые, как ожидается, составят около 30–40% для того, что можно закупать у одного поставщика. Остальные компоненты должны будут приобретаться как минимум у трех разных поставщиков, все – не из одной страны (см. «НГ» от 14.06.26).
Лоббисты от горнодобывающей промышленности США также выступают против установления цен. Так, в Национальной горнодобывающей ассоциации посоветовали избегать чрезмерного ценового сговора и вместо этого сосредоточиться на налоговых льготах и других стимулах.
Вместе с тем доступ США к критическому сырью из Китая по-прежнему затруднен. Так, в докладе Американо-китайского делового совета говорится, что некоторые редкоземельные элементы остаются «практически недоступными». Согласно проведенному ими опросу, из 38 пострадавших компаний 29% заявили, что активно переходят на поставщиков критически важных минералов, не являющихся китайскими, а 47% заявили, что ищут, но пока не нашли жизнеспособных альтернатив Китаю.
При этом спрос на критические минералы будет только возрастать. По оценкам Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), к 2040 году спрос на литий вырастет на 350%, а на графит – более чем на 130%.
По мнению экспертов, в текущих реалиях возможно только частично снизить зависимость от Китая, но не уйти от нее полностью. «После того как США утратили лидирующие позиции в мировом производстве РЗМ (в конце XX века) из-за высокой экологической нагрузки редкоземельной промышленности, Китай при поддержке государства сделал колоссальный технологический рывок как в инновационном развитии отрасли, так и в создании новых глобальных бизнес-моделей. Например, в 2020 году при производстве магнитов NdFeB, где используется неодим и некоторые другие РЗМ, Китай, добывая 58% сырья, замыкал на себя до 90% операций по его переработке и производству сплавов. Кроме того, китайское правительство финансово поддерживает производителей РЗМ (госкорпорацию China Rare Earth Group), где доля субсидирования затрат достигает 70%. Это позволяет держать очень низкие цены. По факту государственный капитализм Китая переиграл либеральный капитализм США», – объясняет профессор кафедры менеджмента Президентской академии в Санкт-Петербурге Игорь Сергеев. По его мнению, более жизнеспособной может быть идея о создании совместных с Китаем промышленных альянсов.
«США уже несколько лет пытаются найти альтернативу Китаю в части редкоземельных металлов и критических элементов. Так, в 2023 году США подписали договор с Вьетнамом с целью импорта редкоземельных металлов с вьетнамского рынка. Одновременно США прорабатывают возможности использования ресурсов Гренландии, которая находится на 8 месте в мире по запасам редких металлов», - замечает доцент кафедры экономической теории РЭУ им. Плеханова Екатерина Новикова.
По мнению ведущего эксперта «Финам Менеджмент» Дмитрия Баранова, наиболее вероятным сценарием представляется постепенное снижение доли Китая, но не полное устранение зависимости от него. «Этот процесс может занять 7-10 лет и более. Для создания альтернативной цепочки поставок РЗМ и уменьшения зависимости от Китая могут потребоваться инвестиции порядка 7-9 млрд долл ежегодно на протяжении свыше 10 лет. Причем продукция такой альтернативной цепочки будет стоить дороже китайской, что увеличит расходы конечных потребителей», - подчеркивает он.
