Деловой завтрак Сбербанка на Петербургском международном экономическом форуме традиционно является довольно острым дискуссионным мероприятием, но всегда крайне актуальным. На этот раз в качестве основной темы участникам дискуссии была предложена дискуссия о «Жизни после нефти». Конечно, проблема слезания с нефтяной иглы для России своевременна как никогда. Это связано прежде всего с неоднозначным положением на мировом нефтяном рынке ввиду значительного колебания цен: от 27 долл. за баррель в феврале текущего года до 50 долл. сегодня. Нефтяное лобби в России начинает пропагандировать тезис о ближайшем возвращении нефтяной цены к традиционным отметкам нулевых годов –100 долл. и более. Отсюда и требование дальнейших финансовых льгот для «нефтянки». С другой стороны, активные сторонники альтернативной энергетики и необходимости борьбы со всемирным потеплением угрожали тотальным технологическим отставанием России в случае недофинансирования этого направления энергетики. В качестве примера приводился даже Китай, где, мол, уже значительное (по сравнению с Россией) количество электроэнергии производится на основе возобновляемых источников энергии (ВИЭ). Прежде всего следует сказать, что цифры всегда относительны, а потому лукавы. Действительно, КНР является сегодня крупнейшим производителем электроэнергии в мире, и Россия уступает ей практически в пять раз. Но не нужно забывать, что в энергобалансе КНР альтернативные источники занимают 1–2%. В этом плане доля ВИЭ в России примерно соответствует китайской. Опыт Европы и, в частности, Германии, показывает, что ставка на ВИЭ связана сегодня с резким удорожанием стоимости киловатт-часа для населения и поэтому со значительными дотациями из госбюджета. Поборники альтернативной энергетики, и прежде всего ветровых и солнечных энергоустановок, не являясь энергетиками и даже инженерами, просто не понимают, что каждый киловатт ВИЭ должен на 100% по технологической схеме резервироваться в первую очередь тепловыми станциями, и вряд ли удешевление технологии в данном случае может существенно помочь.
Ставка на ВИЭ в условиях России связана в основном с энергоснабжением удаленных регионов. Хотя и здесь малые мобильные АЭС и поставки сжиженного газа (СПГ) вполне могут составить им конкуренцию. К тому же, как правильно заметил на завтраке заместитель председателя правительства Аркадий Дворкович, России не стоит терять свои ключевые преимущества, которые заключаются в гигантских запасах углеводородов. Структура же энергобаланса в России смещается все больше и больше в сторону низкоуглеродного развития за счет роста доли природного газа (и атомной энергии). На деловом завтраке Бен ван Берден, главный исполнительный директор международной нефтегазовой компании Royal Dutch Shell, отметил в этой связи два момента. Во-первых, что сейчас трудно делать деньги на ВИЭ. А во-вторых, что газ идеально их дополняет.
О таких же тенденциях свидетельствует и июньский доклад другой международной нефтегазовой корпорации BP. На семинаре в ИМЭМО в рамках форума «Нефтегазовый диалог» Спенсер Дейл, главный экономист Группы ВР, отметил, что определяющими для мировой энергетики на сегодня являются сланцевая революция, рост использования ВИЭ и падение спроса на энергетические угли. С другой стороны, отмечается резкое увеличение доли газа в энергобалансе стран и прежде всего в США, что в сочетании с ростом поставок СПГ позволяет говорить о создании мирового глобального рынка газа как основного явления нашего столетия.
Игорь Селезнёв 
