Наталья Савицкая НА ЗАСЕДАНИИ последней коллегии Минобразования главным вопросом было подведение итогов первого этапа эксперимента по единому государственному экзамену (ЕГЭ).
Что же потребует новый этап эксперимента? Оказалось, что наряду с существующим сейчас Центром тестирования (в его ведении останутся только технологические процессы) понадобится создать еще две новых организации: одна из них будет решать организационные задачи, а в ведение другой перейдут контрольно-измерительные материалы экзаменов. При этом, естественно, существенно увеличится чиновничий аппарат государственной аттестационной службы. По словам министра Владимира Филиппова, примерно до 7 тысяч человек. Легко подсчитать, какие финансовые ресурсы потребуются только на содержание такой армии.
Остро встал вопрос технического оснащения субъектов Федерации - участников эксперимента. И на все это также нужны дополнительные средства! Так что об экономической эффективности предлагаемой реформы образования говорить пока не приходится. Мало того, фактически создается еще одно мощное и во многом монопольное всероссийское ведомство, которое будет заниматься обеспечением тестирования. Известно, что, например, в США это бизнес с оборотом в сотни миллионов долларов.
Положительные отзывы "взявших слово" были явно недостаточно подкреплены фактами и цифрами. Глубокого, научного анализа не получилось. Это было столь очевидно, что даже замминистра образования РФ Владимир Шадриков, подводя итог, в некотором раздражении заметил, что представлять "результаты по единому экзамену нужно было совсем не так, как это было сделано". При проведении эксперимента нужно было, по словам Шадрикова, уйти "от политеса, четко ставить проблему и показать, как на деле работают технологии". Доклады же о все растущем числе "неполных" участников эксперимента, когда регион проводит ЕГЭ по одному школьному предмету, больше напоминают "не проверку многообразия моделей, а искусственное количественное наращивание участников эксперимента".
Тем не менее коллегия сделала вывод, что первый этап эксперимента "резко усилил внимание общественности к системе образования. В нескольких вузах абитуриенты получили "расширенные возможности для выбора учебного заведения. Часть выпускников смогли участвовать в конкурсном наборе в вузы за пределами регионов. Получена объективная и сравнимая оценка подготовленности выпускников и абитуриентов, участвовавших в ЕГЭ". В принципе это неплохо. Но за всем этим почему-то ни слова не было сказано об экономических последствиях первого этапа ЕГЭ.
При обсуждении второго пункта повестки дня (о положении дел в учебном книгоиздании) члены коллегии и приглашенные лица были несколько критичней. Основная полемика разгорелась вокруг "рекомендуемой и допущенной" учебной литературы. Сколько учебников должно быть в том и другом списке. Как сказал один из замов министра образования РФ, "школьных книжек много не бывает". Некоторые из выступавших выразили сожаление, что из федерального перечня исчезли книги издательств, конкурирующих с "Просвещением": "болезнь" учебников заключена в плохой экспертизе. Подведя некоторый итог дискуссии, министр образования РФ Владимир Филиппов сообщил, что состав Федерального экспертного совета будет пересмотрен.
