0
711
Газета Идеи и люди Печатная версия

18.10.2005

Будет ли жизнь после 2008 года?

Дмитрий Бадовский

Об авторе: Дмитрий Владимирович Бадовский - руководитель отдела специальных программ Института социальных систем.

Тэги: выборы, прогноз, путин


выборы, прогноз, путин Если не действующий президент, то кто?
Фото Фреда Гринберга (НГ-фото)

...Октябрь 1997 года. Президент России Борис Ельцин заявляет, что не станет выдвигать свою кандидатуру на третий срок. Фаворитом президента и его полуофициальным преемником считается Борис Немцов, другие наиболее популярные кандидаты на пост президента – Юрий Лужков и Александр Лебедь. До новых выборов президента России чуть меньше двух с половиной лет – столько же, сколько и сегодня. Владимир Путин руководит Главным контрольным управлением президента России в ранге заместителя главы администрации...

Конечно, нынешнее политическое и экономическое положение страны намного стабильнее, чем восемь лет назад. Однако с другой стороны, связанное с 2008 годом ощущение неопределенности и тревоги очень схоже с тем, что было тогда.

И дело здесь, видимо, в том, что неизменными и нерешенными остаются какие-то основополагающие, фундаментальные проблемы политического развития России. В чем же они заключаются?

Чтобы ответить на этот вопрос, посмотрим для начала на широко обсуждаемые сегодня сценарии выборов президента и обеспечения преемственности власти в 2008 году.

Выборы или референдум

Союзный сценарий. Общая идея известна достаточно хорошо и заключается в создании союза России с Белоруссией. Хотя в соответствии с недавно появившимися слухами не исключено объединение и с Казахстаном.

Появление нового единого государства на карте мира – вопрос технически слишком сложный, по издержкам крайне опасный и другим странам, в том числе нашим возможным партнерам по союзу, мало нужный. Другое дело – интеграционное объединение по типу Евросоюза, сохраняющее основы суверенитета стран-участниц, но требующее в связи с принятием союзного конституционного договора внесения целого ряда изменений в Конституцию России.

В этом случае правка или принятие нового Основного закона страны, а также предварительное одобрение этих изменений на референдуме о союзном договоре могут оказаться вполне достаточной легитимирующей «подушкой» для переизбрания Путина на новый срок.

Сценарий народного выбора заключается в проведении в России досрочных парламентских выборов в 2006 году. Смысл таких выборов может быть только один – сделать основной темой борьбы за голоса избирателей именно вопрос о том, можно или нельзя позволить президенту Путину остаться на своем посту еще на какой-то срок. А заодно – стоит ли увеличить срок полномочий президента в России до 5 лет. И если конституционное парламентское большинство получит партия или коалиция партий, поддерживающих подобные поправки в Конституцию, то так тому и быть.

Этот сценарий, очевидно, лучше, чем простое изменение Конституции нынешним составом Государственной Думы, который совершенно точно не имеет на это мандата избирателей. Одновременно поддержка поправок в Конституцию через процедуру народного выбора более уместна, чем проведение отдельного референдума о продлении полномочий Путина и снятии соответствующих конституционных ограничений. Это будет хоть немного отличать Россию в выгодную сторону в глазах мирового общественного мнения от той же Белоруссии или государств Центральной Азии.

Баланс силы и слабости

Впрочем, сегодня официальная позиция Кремля заключается в том, что изменение Основного закона «контрпродуктивно». Значит, рассмотренные выше варианты отодвигаются на второй план, а наиболее вероятными становятся иные сценарии – осуществляемые в рамках действующей Конституции.

Например, все активнее обсуждающийся в последнее время сценарий сильного премьера. В рамках нынешней Конституции действительно возможно перераспределение в пользу правительства и «премьера Путина» баланса сил как в формальной системе разделения властей, так и в структуре неформальных центров влияния. Однако конституционный статус президента в российской политической системе слишком сильно и очевидно возвышается над всем остальным. Значит, полноценно модель сильного премьера до конца никогда не сработает без сопутствующего полномасштабного и неформального пакта преемственности власти между всеми элитными группами. А основой этого пакта будет далеко не бесспорная идея – в России должен быть очень слабый президент.

Но сценарий сильного премьера при слабом главе государства может оказаться даже излишним. Ведь, например, никто не исключает сценарий скорого возвращения президента Путина. Наличие в российской Конституции оговорки о возможности занимать пост президента «всего лишь» не более двух сроков подряд дает действующему главе государства широкий спектр вариантов в духе «I'll be back» – после того, как его временный преемник на посту президента покинет свой пост через год-другой после избрания.

Наконец, сценарий ухода Владимира Путина: он действительно может покинуть пост президента и найти свое «место в строю», не занимая государственных должностей. Сценарий сильного премьера и различные варианты «возвращения Путина» не обязательно должны реализовываться. Достаточно того, чтобы они существовали как потенциальные возможности. И обеспечивали в сочетании с внутриэлитным «пактом стабильности» и другими политическими механизмами необходимый уровень контроля над системой власти и развитием страны. При этом превращение той или иной общественной или бизнес-должности в пост фактического «главы государства» ознаменует окончательный разрыв формально-конституционной политической системы и реального политического процесса.

Игра с ненулевой суммой

Попробуем теперь сделать выводы из всего сказанного.

Вывод первый заключается в том, что все сценарии обеспечения стабильности и преемственности власти в 2008 году исходят, как это ни покажется парадоксальным, из необходимости содержательного изменения Конституции страны. Некоторые из них предполагают такое изменение для продления полномочий Владимира Путина более или менее честно и открыто. Другие варианты формально остаются в рамках действующего Основного закона, но кардинально меняют его смысл и реальные принципы функционирования политической системы.

Причина такой ситуации вовсе не в фигуре действующего президента. Владимир Путин уже давно сам превратился в некотором смысле в заложника существующего положения вещей. Даже если бы он хотел просто оставить свой пост и уйти из политики, ему никто не даст этого сделать. Да и сам он в глубине души понимает, что политически это крайне опасно. И все потому, что существующая конституционная система власти в стране базируется на одном-единственном принципе – «существует всесильная президентская власть, а все остальное видоизменяется в соответствии с ее целями и задачами». Разделение и баланс властей в Основном законе не выстроены, механизм спокойной смены власти в нем не заложен.

Из этого следует второй вывод. Смена власти, смена президента страны при действующей Конституции всегда будет иметь тенденцию превращаться в стихийное бедствие, а не в обычную политическую практику, поскольку гарантией стабильности и нормального политического развития являются не закон и процедура, а неформальные договоренности элитных групп и поведение личностей – как действующего главы государства, так и его преемника. А это вещи опять же малоустойчивые. Более того, по этой логике, новым (если уж, к сожалению, должен быть новый) главой государства может быть только «преемник» и никто другой. Практически не допускается сама мысль о том, что к власти может прийти какая-то оппозиция. Соответственно управляемая демократия и максимальное сокращение пространства публичной и конкурентной политики есть неизбежное следствие и необходимый механизм существования такой политической системы.

Почему же подобная крайне неудобная и ненадежная политическая система не подвергается сомнению, а изменение Основного закона страны признается вещью «контрпродуктивной»? Главным здесь опять же является тот факт, что обладание той или иной элитной группой президентской властью в стране создает для нее практически неограниченные возможности и политические преимущества. А возможность потери власти и перехода в оппозицию как норма не рассматривается.

Наша политическая элита пока еще не вполне созрела для того, чтобы играть в игры с ненулевой суммой. Действовать не по принципу «победитель получает все», а стремиться к выстраиванию компромиссной и конкурентной политической системы. Одна из главных причин этого – в неразделенности власти и собственности в современной России и в соответствующем способе существования элиты. Соответственно смена власти всегда и неизбежно превращается в передел собственности. Заложенные же в конституционную модель тенденции к монопольному господству и авторитарным схемам властвования немало тому способствуют.

Таким образом, третий вывод заключается в том, что ситуация не изменится до тех пор, пока выгоды существования крайне эластичной и подверженной «властной воле» конституционной системы будут превышать издержки ее воспроизводства.

Наконец, естественно возникает последний вопрос – может ли такое изменение баланса выгод и издержек произойти? И если да, то когда?

Вообще говоря, нынешняя крайне нервная обстановка вокруг выработки параметров смены власти в 2008 году показывает, что необходимость коренной политической реформы в стране может быть осознана очень скоро.

Действующая Конституция России, принятая после противостояния Ельцина со Съездом народных депутатов в 1993 году, выполняла вполне революционную миссию обеспечения постсоветского перехода страны на новые рельсы политического и экономического развития. Сначала система суперпрезидентской полуавторитарной республики дала политическую возможность завершить приватизацию, пройти этап первоначального накопления и сформировать в России олигархический режим. Произошел первый передел власти и собственности.

Потом, в руках Путина, та же политическая конструкция позволила ему, постепенно освобождаясь от условий пакта преемственности образца 2000 года, реализовать вторую фазу любой революции – термидорианскую. Эта фаза практически пройдена, но еще не до конца. Осталось совсем немного – завершить «второй передел». Закончить реструктуризацию нефтянки и ТЭКа в целом, банковской системы, оборонки и авиапрома, приватизировать связь.

После этого станет достаточно очевидным, что в России сформировалась вполне нормальная постреволюционная, условно говоря, «двухпартийная система», состоящая из тех самых элит первого и второго переделов власти и собственности. И основой политического консенсуса между ними станет идея «выхода» из революций и потрясений, отказа от новых переделов власти и собственности.

Внутри этой «двухпартийной системы» тогда должна возобладать логика взаимодействия, поиска баланса сил и интересов, взаимного контроля и сдерживания, восстановления публичной политики, демократических механизмов власти.

Эта логика потребует создания «устоявшейся России» на месте переходного государства и его политической системы. Эту задачу уже нельзя будет решить в рамках новых неформальных элитных пактов и воспроизводством дурной бесконечности сиквелов «Операция «Преемник- 2,3,4» и так далее. Значит, потребуется учреждение нового государства и его Конституции. Причем, возможно, еще до выборов 2008 года.

Только это позволит президенту Путину спокойно уйти, заодно решив важнейшую историческую задачу своего правления, заключающуюся в завершении постсоветского и постреволюционного этапа развития России.

Ведь в конечном счете ситуация, когда действующий президент не может просто покинуть свой пост и передать его другому избранному народом правителю, – прямое порождение несбалансированности политической системы, исчерпанности «генетической программы» нынешней Конституции. Сама идея «продлить полномочия» возникает именно из-за неясно осознаваемого факта – новая Россия, новое государство в нашей стране еще не созданы, не учреждены.

Так пусть эту задачу решит нынешняя власть, не передавая ее новому главе государства и не пытаясь обойти проблему различными сценариями преемственности. Если же побочным продуктом полноценной конституционной реформы станет возможность переизбрания Владимира Путина президентом страны, то это будет вполне допустимая и справедливая цена за выход России из постреволюционного цикла, из неопределенности будущего. Тем более что это все равно уже будет новый президент новой страны.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Президента Молдавии  выберет Вашингтон

Президента Молдавии выберет Вашингтон

Светлана Гамова

Сохранение проевропейской власти в республике профинансируют из-за рубежа

0
1957
Владимир Путин откроет сегодня ворота Арктики

Владимир Путин откроет сегодня ворота Арктики

Анатолий Комраков

Из предложенных Минэкономразвития 145 проектов наиболее перспективными признаны 17

0
2391
Николая Максюту позвали в Госдуму

Николая Максюту позвали в Госдуму

Андрей Серенко

Эсэры пытаются переманить у коммунистов бывшего волгоградского губернатора

0
675
Ночной дозор «нормандской четверки»

Ночной дозор «нормандской четверки»

Евгений Медведев

Переговоры полуночников завершились противоречивыми заявлениями

0
815

Другие новости

24smi.org