Таинственный антиэкстремизм

Как стало известно «НГ», в Государственной Думе создана рабочая группа по доработке антиэкстремистского законодательства. Ее состав пока неизвестен, как и то, кто является инициатором ее создания. Подробности будущей деятельности причастные к ней депутаты тоже почему-то не спешат раскрывать. Понятно пока только одно: закон о противодействии экстремистской деятельности скоро претерпит поправку.

Создание рабочей группы по модернизации антиэкстремистского законодательства не афишируется, похоже, целенаправленно, что вызывает много вопросов. «НГ» удалось дозвониться до депутата Александра Хинштейна, которого избрали в группу представлять информационный комитет Госдумы. Он подтвердил создание такой группы, но заявил, что более подробной информацией не обладает. Вместе с тем депутат выразил мнение, что ее деятельность должна заключаться в создании условий для противодействия самому экстремизму, а не СМИ, которые стало легче закрыть за распространение экстремистской информации. «У нас в основном страдают газеты, которые обвиняются в распространении соответствующей информации, но с самими экстремистами никто толком не борется», – сказал Хинштейн. Другой депутат – глава комитета ГД по информационной политике Валерий Комиссаров также подтвердил «НГ» факт создания рабочей группы, но подробности сообщить наотрез отказался.

В правозащитной среде считают, что такое проведенное втихую образование рабочей группы дискредитирует сам Закон «О противодействии экстремизму». Ведь он уже не раз доказал свою несостоятельность, потому что наполнен нормами, трактовка которых зависит от конкретной ситуации. Однако председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева придерживается более мягкой оценки ситуации: «До сих пор с этим законом связаны одни недоразумения. Под категорию экстремистов попадают люди, выступающие с вполне конституционно разрешаемой и нормальной критикой власти, – заявила она корреспонденту «НГ», – а те, кто убивает из-за расовой ненависти, проходят мимо. Так что создание рабочей группы я считаю правильным». При этом правозащитница, правда, заметила, что «если бы все было нормально и прилично, то не было бы смысла скрывать факт создания этой рабочей группы».